Дмитрий Николаевич Сенявин

(1763–1831)



Существуют свидетельства о том, что прославленный адмирал Федор Федорович Ушаков неоднократно повторял: «Я не люблю, не терплю Сенявина, но он отличный офицер и во всех обстоятельствах может с честью быть моим преемником в предводительствовании флотом».

Несходство характеров двух талантливейших флотоводцев не мешало им по достоинству ценить друг друга. Д. Н. Сенявин успешно продолжил дело своего учителя, творчески развил тактику ведения морского боя, обогатив ее новыми приемами. Время давно определило его место в русской истории как одного из создателей национальной школы военно-морского искусства.

Родился Дмитрий Николаевич Сенявин 6 августа 1763 года в селе Комлеве Боровского уезда. Как и большинство русских адмиралов, в детстве он не слышал ни гула прибоя, ни крика чаек, не видел морских просторов. Однако семейные традиции делали встречу с морем неизбежной: Сенявины были среди тех первенцев «гнезда Петрова», кто создавал военно-морской флот России, кто победил непобедимых до того шведов.

Грамоте мальчика обучил приходский священник. Дальнейшее обучение девятилетний Митя продолжил в городской школе (других учебных заведений в Боровске не было), в которой учились солдатские дети. Через год он поступил в Морской корпус.

Морской корпус находился тогда в Кронштадте и содержался весьма небрежно. Директор корпуса Иван Логинович Голенищев-Кутузов был обременен заботами по Адмиралтейству и частенько ездил в Гатчину ко двору наследника и генерал-адмирала Павла Петровича. Всеми делами в корпусе заправлял майор Голостенев, человек нрава крутого и большой любитель выпить. Этому «педагогу» доверил сына в феврале 1773 года Николай Федорович, сказавший на прощание: «Прости, Митюха, спущен корабль на воду, сдан Богу на руки. Пошел!»

С этого началось обучение Дмитрия Сенявина. Кадетов учили многим наукам, необходимым морякам: математике, астрономии, штурманскому и корабельному делу, иностранным языкам и т. д. Учили весьма хорошо, но присмотра за детьми не было никакого. Поэтому среди юнцов процветали леность и дурное поведение. Попав в такую среду, быстро сделался ленивцем и резвецом (хулиганом) свежеиспеченный кадет Сенявин. Три года просидел он в одном классе и вознамерился было совсем уйти из корпуса.

Намерения юноши стали известны родственнику, капитану первого ранга Сенявину. Он пригласил племянника к себе домой, отечески побеседовал с ним, а затем кликнул людей с розгами, и те славно высекли лоботряса. По окончании экзекуции дядя обласкал Дмитрия, но решительно предупредил: или прилежная учеба, или же «секанцы» каждую неделю.

Возвратясь в корпус и хорошенько поразмыслив, будущий адмирал сел за уроки. Память у него была отменная, а теперь появилось и прилежание. Очень скоро Сенявин стал одним из лучших среди воспитанников. Подействовали на него и рассказы старшего брата, Сергея, возвратившегося из плавания. Дмитрий твердо решил стать моряком. В 1778 году он был произведен в гардемарины и отправился в свое первое плавание на корабле «Преслава».

В начале 1780 года состоялись выпускные экзамены, Дмитрий Сенявин был лучшим по набранным баллам. 1 мая он получил назначение на корабль «Князь Владимир». А вскоре капитан бригадирского ранга Никифор Палибин повел корабли в Португалию, и мичман Сенявин впервые увидел просторы Атлантического океана.

В это время на Черном море началось строительство крупных парусных кораблей. Для комплектования их экипажей с Балтики на юг направлялись офицеры и матросы, имевшие опыт службы на таких судах. Отправился в 1782 году во главе партии из 13 матросов в Таганрог и Дмитрий Сенявин, вернувшийся из океанского похода.

Он был уже достаточно опытным мореходом, однако в битвах участия еще не принимал. В тишине прошли и его первые черноморские годы. На фрегатах «Крым» и «Скорый», на 66-пушечном корабле «Слава Екатерины», на двухмачтовом галионе «Темерник» крейсировал Дмитрий Николаевич, ставший уже лейтенантом (1783 год), у северного побережья Черного моря.

В 1786 году молодой лейтенант вступил в командование пакетботом «Карабут». На этом маленьком суденышке он доставлял депеши русскому посланнику в Турции Я. И. Булгакову. Встречи их были частыми. Маститый дипломат не гнушался бесед с молодым офицером, и, возможно, именно в Стамбуле Сенявин получил ценнейшие уроки политической игры, пригодившейся ему в дальнейшем.

Видимо, собеседники немало рассуждали и о вероятности войны с Турцией. Султан не мог смириться с потерей Крыма, а Россия намерена была и дальше укрепляться и расширяться в Крыму и Причерноморье. Об этом свидетельствовала демонстративная поездка императрицы Екатерины II в «полуденные края» в 1787 году.

В мае этого года Дмитрий Николаевич стал капитан-лейтенантом и назначен флаг-капитаном контр-адмирала М. И. Войновича, командующего Севастопольской эскадрой. Его-то и послал адмирал в Кременчуг навстречу императрице и Потемкину, чтобы доложить о готовности моряков принять августейшую особу. Видимо, всесильный фаворит заметил и запомнил молодого офицера.

В сентябре 1787 года война началась. Эскадра Войновича после неоднократных обращений Потемкина вышла в море. Поход оказался очень неудачным. Жесточайший шторм разметал русские корабли. Флагманское судно «Преображение Господне», на котором находились Войнович и Сенявин, оказалось на краю гибели: вода в трюме стремительно прибывала, помпы не работали. Матросы уже оделись в чистое белье, адмирал находился в полной растерянности. Лишь флаг-капитан не растерялся. Топором он обрубил ванты, на которых раскачивалась сломанная мачта. Затем Сенявин кинулся в трюм и организовал откачку воды. Трехчасовая каторжная работа завершилась тем, что корабль был спасен.

В кампанию 1788 года Севастопольской эскадрой по-прежнему командовал М. И. Войнович, авангардом эскадры – вновь Ф. Ф. Ушаков, а Дмитрий Николаевич, как и в прошлый год, был правой рукой командующего. 3 июля эскадра двинулась к Очакову и недалеко от острова Фидониси обнаружила турецкий флот, блокировавший Днепровско-Бугский лиман. Ф. Ф. Ушаков, командовавший авангардом, применил ряд новых тактических приемов, оказавшихся неожиданными для противника, и одержал победу.

Войнович и Сенявин находились вдали от битвы. Они видели все, но адмирал ничего не понял и не принял из действий Ушакова. А его флаг-капитан наблюдал памятливо, цепко, смекалисто, все наматывая на ус.

Войнович отправил своего любимца вестником победы к Потемкину, от Потемкина Сенявин помчался курьером в Петербург, где удостоился аудиенции у Екатерины II. На флот он вернулся капитаном второго ранга и стал генеральс-адъютантом фаворита.

Дмитрий Николаевич не стал отсиживаться на главной квартире. В сентябре 1788 года во главе отряда из четырех кораблей он двинулся к турецким берегам. С ходу ворвались русские корабли в Синопскую бухту и напали на пятерку вражеских судов. Пока береговые батареи открыли огонь, одно турецкое судно было потоплено, другое захвачено в плен. Корабли же Сенявина благополучно выбрались из бухты. Далее отряд двинулся вдоль анатолийских берегов. 13 транспортов с турецкой пехотой и конницей, провиантом пошли на дно. Поставленная задача была блестяще выполнена. Наградой удальцу стал орден св. Георгия 4-й степени.

В 1789 году Сенявину довелось совершить «ледовый поход». Потемкин поручил ему провести корабль «Св. Владимир», вмерзший в лед лимана, под огнем турецких боевых кораблей. Капитан второго ранга успешно выполнил приказ и получил право носить орден св. Владимира 4-й степени с бантом.

В 1790 году он стал командиром корабля «Навархия» и служил под командованием адмирала Ушакова. У прославленного флотоводца прошел он настоящую школу военно-морской науки, учился умению побеждать.

В мирные годы Д. Н. Сенявин продолжал командовать кораблями, в 33 года стал капитаном первого ранга, обзавелся семьей. Женой его стала Тереза, дочь австрийского генерального консула в Яссах. В 1798 году у него родился первенец Николай. И в тот же год Дмитрий Николаевич ушел в далекий морской поход.

Началась экспедиция в Средиземное море. Русско-турецкий флот Ф. Ф. Ушакова лег курсом на Ионические острова, захваченные французами. Сенявин участвовал во всех сражениях, где гений Ушакова достиг зенита. Ему пришлось вести корабельные поединки, осуществлять блокаду, высаживать десанты, вести дуэли с береговой артиллерией и, наконец, штурмовать бастионы. И везде он, по признанию адмирала Ушакова, «являл отличное искусство и неустрашимую храбрость». Сенявин стал кавалером ордена Анны 2-й степени и получил чин капитана бригадирского ранга. В октябре 1800 года эскадра возвратилась в Севастополь.

Дальнейшая судьба Дмитрия Николаевича изобиловала и возвышениями, и падениями. В сентябре 1803 года он был произведен в контр-адмиралы, через год назначен флотским начальником в Ревель, а в августе 1805 года стал вице-адмиралом. Последнее повышение в чине связано с ответственнейшим поручением императора – возглавить экспедицию эскадры русских кораблей в Средиземное море.

В начале XIX века отношения между Россией и Турцией вновь обострились. В 1806 году, воспользовавшись тем, что русская армия была вовлечена в борьбу с наполеоновской Францией в Европе, Высокая Порта объявила России войну. Русское командование, видя неизбежность столкновения, разработало планы боевых действий, предусматривавшие широкое использование сил флота. Главный удар планировалось нанести по Стамбулу. Для этого Черноморский флот должен был войти в Босфор и высадить 15 – 20-тысячный десант. Со стороны Средиземного моря к турецкой столице в это время должна была прорваться и объединенная русско-английская эскадра. Действия русских сил на Дунае отвлекали турок от направления основного удара. Для реализации этих планов и направлялась в Средиземное море эскадра Сенявина.

10 сентября 1805 года корабли двинулись в путь. Через месяц эскадра прибыла к английским берегам. В Англии были куплены и подготовлены к походу бриги «Аргус» и «Феникс». В декабре началось океанское плавание. Адмирал не позволял морякам бездельничать: на кораблях постоянно проводились учения – артиллерийские и ружейные. Дмитрий Николаевич строго следил за соблюдением мер гигиены: трюмы ежедневно проветривались, окуривались пороховым дымом, отсеки и кубрики мылись с уксусом. Он строго запретил матросам спать в волглом белье, пользовался любой возможностью освежить запасы воды и провизии. Ни на одном корабле за время пути не возникло заразных болезней. В те времена это был результат, вызывающий удивление.

В 1806 году начались боевые действия в Адриатическом море и на Балканском полуострове. Выполнить намеченные планы не удалось: Черноморский флот не смог вовремя подготовиться к высадке десанта, а англичане попытались самостоятельно совершить прорыв в Дарданеллы и захватить Стамбул. Попытка успехом не увенчалась.

В связи с изменившейся обстановкой вице-адмирал Д. Н. Сенявин, ставший главнокомандующим русскими силами в Средиземном море, решил блокировать Дарданеллы, чтобы лишить турок подвоза продовольствия в столицу из Египта, принудить турецкий флот выйти в море и, навязав ему решительный бой, уничтожить.

Базой русского флота в Эгейском море стал остров Тендрос, захваченный в марте 1807 года. Блокада пролива продолжалась до конца августа. В Стамбуле начались голодные бунты. Турецкий флот вынужден был активизировать свои действия в архипелаге, в результате чего произошло два крупных морских сражения, завершившиеся победами русских моряков.

Особенно прославила имя Сенявина вторая, Афонская, битва, состоявшаяся 19 июня 1807 года. В Афонском сражении соотношение сил было следующим. Эскадра вице-адмирала Сенявина состояла из 10 линейных кораблей, фрегата, вспомогательного судна и флотилии малых греческих вооруженных судов (всего 754 орудия). Турецкий флот, во главе которого стоял капудан-паша Сейит-Али, насчитывал 10 линейных кораблей, 5 фрегатов, 3 корвета и 2 вспомогательных судна (всего 1196 орудий).

Турки значительно превосходили русскую эскадру. Русские же превосходили турок в искусстве маневрирования, применения артиллерии и обладали высокими морально-боевыми качествами.

Д. Н. Сенявин заблаговременно разработал план предстоящего сражения и в соответствии с ним готовил свою эскадру к бою. В боевом приказе он обратил внимание моряков на необходимость вести бой на минимально короткой дистанции, чтобы наиболее эффективно использовать артиллерию всех калибров.

Встреча противников произошла утром 19 июня у острова Лемнос, близ полуострова Афон. Обнаружив неприятельский флот, шедший в кильватерной колонне на север, русская эскадра двинулась на противника и около девяти часов решительно атаковала его с дистанции 0,5 кабельтова (92 м).

Шесть кораблей, развернувшись бортом, нанесли сокрушительный артиллерийский удар по флагманам противника, четыре корабля под командованием самого Сенявина охватили авангард неприятельской эскадры. Завязалось ожесточенное сражение, которое продолжалось несколько часов. Русские моряки проявили мужество и героизм. Особенно отличился экипаж корабля «Рафаил», первый атаковавший противника и нанесший серьезные повреждения флагманскому судну турок.

Турецкие моряки дрались с отчаянным мужеством и иногда предпочитали взрывать свои корабли, нежели сдавать их. Однако бой закончился разгромом турецкого флота. Турки потеряли восемь кораблей (один из них, «Седдуль-Бахр», был взят в плен), остальные бежали и укрылись в Дарданеллах. Потери в личном составе составили у них около двух тысяч убитыми, ранеными и пленными. Русская эскадра потерь в кораблях не имела, убито и ранено было около 250 человек.

Разгром турецкого флота в Афонском сражении и эффективная блокада эскадрой Сенявина Дарданелл оказали существенное влияние на исход русско-турецкой войны.

Вице-адмирал Д. Н. Сенявин проявил себя как выдающийся флотоводец, сумевший добиться решительной победы над численно превосходящим противником. Он творчески развил передовую маневренную тактику русского флота, обогатив ее новыми, более совершенными приемами ведения морского боя: проведением атаки несколькими взаимодействующими между собой тактическими группами кораблей; нанесением главного удара превосходящими силами по флагманским кораблям в центре с одновременным охватом головы эскадры неприятеля и т. д.

Боевые действия эскадры Сенявина в архипелаге продолжались до конца августа 1807 года и прекратились в связи с начавшимися переговорами в Тильзите, которые повлекли за собой и мирные переговоры с Турцией. Эскадре было предписано покинуть архипелаг и возвращаться в Россию. Сенявину царь пожаловал орден св. Александра Невского.

Победителям предстояло возвращаться в Кронштадт, а после Тильзитского мира англичане превратились из союзников в противников. Тем не менее, корабли двинулись в далекий поход. В Атлантике жестокий шторм изрядно покалечил изношенные корабли русской эскадры. Пришлось искать прибежища в Лиссабоне. Здесь-то и проявились в полную силу исключительные дипломатические способности Дмитрия Николаевича. Он сумел преодолеть попытки французов и англичан использовать русскую эскадру в своих интересах. Однако ему пришлось согласиться с требованием английского адмирала: не считаясь плененной, эскадра отстоится в английском порту до окончания войны.

Долго мучились в Портсмуте русские моряки. Лишь в сентябре 1809 года вернулись они в Россию. В 1813 году прославленный флотоводец вынужден был уйти в отставку: царь не простил ему инициативы и самостоятельности, проявленных в тяжбе с Наполеоном и англичанами.

Лишь в 1826 году император Николай I вернул опального флотоводца на службу, пожаловав в генерал-адъютанты. Сперва самодержец убедился в лояльности Сенявина, а затем назначил членом Комитета образования флота. Работы было много. Члены комитета вникали в проблемы кораблестроения, устройства портов, занимались артиллерией и т. д.

Закат Дмитрия Николаевича был светлым. Его произвели в полные адмиралы, назначили в Сенат, избрали в академики. Однако здоровье становилось все хуже и хуже.

5 апреля 1831 года прославленного адмирала не стало. Вся столица была взволнована церемонией его похорон: сам государь император Николай Павлович командовал взводом гвардейцев, провожая усопшего в Александро-Невскую лавру. Признание пришло, хотя и слишком поздно. Именем Д. Н. Сенявина назвали корабль, остров в Тихом океане, пролив у берегов Чукотки.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх