Загрузка...


* * *


Когда мы закончили общие сборы, упаковав всё необходимое так, чтобы завтра утром осталось лишь собрать палатки да мелочь, кто-то из ребят предложил пойти посмотреть с берега на это грандиозное природное зрелище, которое бушевало недалеко от нас, рисуя на своём гигантском полотне замысловатые картины, быстро сменяющие друг друга. Костик даже предложил взять с собой раскладные стульчики, которые пришлось вновь распаковывать, чтобы сотворить целый «кинозал» под открытым небом. Перейдя на другую сторону косы и усевшись полукругом на девственном берегу лимана, мы стали смотреть на огромный экран неба, восхищаясь неповторимыми сюжетами, созданными великим режиссером — самой природой.

— Ой, гляньте, прямо настоящие лебеди плывут! — всплеснула руками Татьяна. — Вон видите…

— Ага! — подхватил волну восхищения Костик.

— А там, посмотрите, — показал рукой Андрей на «угол», где разворачивались тучи. — Какая-то отвратительная рожа, словно скряги. Вон нос крюком, рот с кривой усмешкой, хитрый глаз, подслушивающее ухо…

— Точно! — кивнул Славик, очевидно уловив «фокус» Андрея.

— А там лев разворачивается, — привлёк внимание коллектива Юра.

— Где? Где?

— Да вон, же! Левее от «Скряги».

И действительно лев самый настоящий, даже можно сказать вполне живой. Воздушные массы так причудливо перемещались, что наш лев сначала стоял, потом пошёл, а затем и вовсе улёгся, гордо выпятив свою грудь. А недалеко от него стала разворачиваться панорама озера, быстро превратившегося в древнее войско, вооруженное копьями. На поле сражения разыгрывалась целая драма. Также как и в жизни, недавно стройные ряды доблестных воинов вмиг перемешались в переплетении наваленных друг на друга груды тел, которые затем и вовсе растворились в быстро меняющейся во времени картине текущих событий. Этот сюжет оставил неприятный осадок и философский вопрос: была ли эта воинская рать на самом деле или же это была очередная иллюзия природы, тешившая себя во времени подобными стремительно изменчивыми картинами? И если это всего лишь иллюзия, то почему тогда память об этих небесных воинах продолжала жить в нас — свидетелях этого мимолётного события, в тех, которым в свой час предстояло стать такой же иллюзией для последующих поколений?

Так и сидели около часа, неотрывно наблюдая за картинами природы. Чего мы там только не увидели: людей, животных, целые пейзажи, деревни, величественные замки и ещё множество всяких предметов, сюжетов, вероятно насколько у каждого из нас хватило фантазии не только увидеть это самим, но и обратить внимание на это других. Данному природному шоу, в сочетании с вариабельностью человеческих интерпретаций, казалось, не будет конца и края. Однако через определённый период времени у нас уже шеи заболели держать всё время головы кверху. Как метко сказал наш Женя, людская материя дала осечку в самый неподходящий момент. Все принялись, как по команде, разминать мышцы шеи. Во время этой процедуры Николай Андреевич заметил:

— Интересная зрительная иллюзия. Прямо как иллюзия существования рода человеческого. Сколько ни было людей, вместе с их постройками, всё со временем исчезает, растворяясь в небытии…

Услышав такие слова, я почему-то отнеслась к ним настороженно. Возможно, потому что это совпадало с моими мыслями, а может быть и потому, что вспомнила о недавно услышанном рассказе о травинке, когда, по непонятной для меня причине, восприняла видимо речь Сэнсэя за речь Николая Андреевича. Подсев поближе к Татьяне, я тихо у неё спросила:

— Это сейчас кто произнёс эти слова? Николай Андреевич?

На что моя подруга удивлённо похлопала своими длинными ресницами.

— Да.

Увидев её недоуменный взгляд, я хотела было пояснить причину такого вопроса, но тут Стас воскликнул, показывая на небо:

— О, смотрите, это же целая Мировая гора!

Мы вновь устремили взоры к небу. В очертаниях облаков чётко просматривалась огромная гора со снежной остроконечной вершиной.

— Да нет, на Мировую гору она не тянет, — с улыбкой ответил ему Сэнсэй. — Мировая гора разве что в людских мифах так изображается.

Часть нашего коллектива с любопытством уставилась на Сэнсэя, другая же во все глаза пыталась разглядеть в небесной картине признаки «Мировой горы».

— А что такое «Мировая гора»? — спросил у Сэнсэя Славик.

— Да, в общем-то, это довольно известное понятие, часто встречающееся в фольклоре разных народов мира, — к нашему удивлению стал подробно пояснять Сэнсэй. — Представления о Мировой горе, или как её ещё называют «космической горе», уходят корнями в глубокую древность. Согласно мифологии Мировая гора находится в непреступном месте, в центре мира, вернее там, где проходит Мировая ось — axis mundi — ось мироздания, на которую нанизаны все миры, в том числе и не пересекающиеся, находящиеся в одном пространстве. Считается, что на Мировой горе отражены все элементы и параметры космического устройства. Предания гласят, что на ней собираются бессмертные боги и с неё открывается всё, что творится во Вселенной.

— Там собираются бессмертные боги, — мечтательно повторил за Сэнсэем Костик, устремив свой восхищённый взор на постепенно растворяющееся в облаках изображение «Мировой горы».

Сэнсэй пожал плечами:

— Ну в каком смысле боги… Как утверждают легенды — Мудрецы со всей Вселенной, в общем, духовные существа, обладающие Знаниями и достигшие определённых ступеней духовного развития, вроде нашего Имхотепа, Будды, которые ещё будучи при жизни могли покидать свои тела в состоянии медитации и проявляться на Мировой горе, находиться там, общаться, делиться опытом с такими же просветлёнными представителями других миров. И бессмертие тут имеется в виду не в смысле тела, а бессмертие духовной сущности тех, кто там бывает.

— Ух ты, так это гора для избранных! — сделал свой вывод восхищённый Костик.

— Ну опять-таки, что значит для «избранных», — возразил Сэнсэй. — Всякий человек является избранным, раз он уже существует. Но не всякий человек делает жизненный выбор в сторону Духовного пути, не говоря уже о шествии по нему в направлении Бога. Хотя всё в руках самого человека! Каждый может, если захочет, развиться до такого духовного уровня, чтобы получить возможность поучаствовать в одном из таких высоких приобщений.

Стас, очевидно, еле дождавшийся пока Сэнсэй ответит на Костины вопросы, с нетерпением изрёк:

— Значит, Мировая гора не похожа на эту гору, — кивнул он в сторону исчезающего небесного изображения горы с тающей снежной шапкой на остроконечной вершине.

— Ой, да какая там гора, — слегка махнул рукой Сэнсэй, прикуривая сигарету, — так, лысый холмик, с большой поляной наверху. Вернее, не совсем лысый. Он покрыт мелкой травкой наподобие нашего тёмно-зелёного моха, своеобразным таким растением не из нашего мира. Единственное, что интересно, так это то, что при наличии атмосферы там нет ветра. То, что там имеется в виду под «воздухом» стоит, не двигается…

— Так Мировая гора действительно существует?! — недоверчиво проговорил Андрей, который перед этим, как и мы, казалось, даже затаил дыхание, чтобы лучше расслышать ответ Сэнсэя Стасу.

На что Сэнсэй как-то обыденно, как само собой разумеющееся, сказал:

— Мировая гора находится во Вселенной, как бы одновременно на пересечении прослоек этого мира. Но её материального нахождения нет ни в одном из отдельно взятых населённых миров Вселенной. В то же время она смыкает на себе все миры. Она абсолютно реальна, даже на ощупь…

— Как же она может быть реальна на ощупь, если её материального нахождения нет ни в одном из миров? — недоуменно спросил Андрей.

Сэнсэй внимательно посмотрел на парня, а потом добродушно промолвил:

— Ладно, забудьте.

— Нет, как это забудьте?! — запаниковал Андрей. — Как это… Почему?…

— А в каких мифах сохранилось упоминание о Мировой горе? — пришёл на помощь другу наш Философ, ухватившийся за свой излюбленный вопрос, словно утопающий за соломинку. — И насколько они древние?

При этом Костик состроил такой озадаченный вид, точно никак не мог припомнить об этих мифах, мол, знал, но забыл. Хотя я была уверена, что он, так же как и большая часть нашей молодой компании, слышал об этой горе впервые в жизни.

— О, их достаточно много, — с улыбкой протянул слова Сэнсэй. — Причём, эти упоминания сохранились в разном виде: начиная от наскальных рисунков в эпоху верхнего палеолита и заканчивая многочисленными устными и письменными мифами, легендами у разных народов мира.

— Любопытно было бы послушать эти народные предания, — тактично заметил Николай Андреевич, также заинтересовавшийся этой темой.

— Да всегда пожалуйста, — добродушно промолвил Сэнсэй. — О Мировой горе с глубокой древности сохранилось множество упоминаний и легенд практически по всей Восточной и Центральной Азии, где её называют не иначе, как великая гора Меру, и считают центром мира, расположенном в неприступном месте. В более поздних представлениях, в попытках самостоятельной трактовки исконных преданий об этой горе, одни «толкователи» помещали её уже в центр земли под Полярную звезду и окружали мировым океаном, другие помещали её в недоступных Гималаях, связывая с Шамбалой…

— Что, её даже с Шамбалой связывают? — изумился Володя.

Сэнсэй усмехнулся.

— А то как же. Таких переплетений легенд о Мировой горе с преданиями о Шамбале достаточно много. Но это и понятно. Для людей, которые не владеют подлинной информацией, что Шамбала, что космическая гора Меру, расположенные где-то там, неизвестно где, естественно будут сливаться в одно и то же представление. Хотя на самом деле разница между ними огромная. Шамбала находится между реальным вечным миром Бога и, по сути, временно существующей материальной Вселенной. Это обиталище Бодхисатв. А Мировая гора находится в центре миров материальной Вселенной. И она является местом посещения мудрых существ, вроде наших просветлённых людей, или как называли их древние люди — полубогов, то есть тех, кто достиг высокого духовного уровня. Поэтому-то эту гору и связывали в древних представлениях с обретением настоящего человеческого счастья и бессмертия.

В мифологии Древней Индии, существует целый ряд мифов, связанных с Меру. Согласно этим древним представлениям на Мировой горе, находящейся в центре Вселенной, вокруг которой вращаются звёзды, планеты, солнца находится Брахма, Вишну, Шива и другие великие боги. Упоминается также тридцать три бога, которые там общаются. Рассказывается и об их деятельности. К примеру, Вишну даёт на этой горе совет другим богам как добыть напиток бессмертия Амри?ту.

— Амрита, как красиво звучит, — произнесла Татьяна. — А это название случайно не связано с женским именем?

— Нет. Это слово образовано от «amrta» означающее «бессмертный». Это сродни позднему древнегреческому мифу о напитке «Амброзия», поддерживающему бессмертие олимпийских богов и их вечную юность. Амрита, Амброзия, то же, что и ведийский сок Со?мы. В «Ригведе» он представлен как напиток богов, вызывающий экстатическое состояние и дарующий бессмертие и сверхъестественную силу. В древнеиндийской религиозной практике само приготовление сока представляло из себя особый ритуал. В «Авесте» этот сок называли Хао?ма, культ которого восходит к древнеиранскому периоду. Его также почитали сарматы и скифы. Этот сок именовали ещё «отвращающий смерть». Он не только изменял пространственно-временное восприятие, но и даровал огромную силу, просветление и знания. И как считали древние иранцы, он лучше всего приготовляет путь для души. Но вообще-то этот сок бессмертия всегда назывался «соком лотоса». Практически во всех преданиях данный священный сок описывается как сок необычного небесного растения, связанного с землёй, прекрасно и правильно созданного, бело-жёлтого, и даже золотистого цвета.

— Так что, действительно существует напиток бессмертия? — удивился Костик, у которого появился даже блеск в глазах от такой информации.

— Да. Но не в таком виде, в котором его обычно представляют люди. Я могу привести вам весьма интересный пример средневекового описания одной из части тайного ритуала посвящения во внутренний круг Ордена тамплиеров. Автор этого текста рыцарь Храма Эврар. В личных записях он оставил свои впечатления об этом событии. «… В конце великого таинства посвящения, пребывая в особом поднятии духа, я всем сердцем возжелал увидеть то, о чём рассказывали мне … И мне открылось. Всё вокруг как будто исчезло, лишь чудный свет озарил дорогу и повлёк за собой, точно в самый зенит высших небес. Что-то божественное и неугасаемое стремительно приближало меня к потоку яркого притягательного Света. Сила его сияния была огромна, но не обжигала. Я почувствовал присутствие в нём чего-то Высокого и Необъяснимого. В радостном волнении я вошёл в ослепительный Свет. И здесь, просветлевши глазами, увидел лик неописуемо прекрасной Девы, окутанной светозарным сиянием. Я увидел её — саму Софию! Этот божественный образ, невозможно описать никакими человеческими словами.

Великая тайна окружала всё вокруг. Божественная София приблизилась ко мне. От неё исходил чудесный аромат мира иного. В руках она держала золотую чашу в виде вечного цветка Любви, раскрывшего множество своих лепестков в божественной чистоте их первозданного сияния. В чаше искрился золотистый напиток. Кротко возложив мне руку на голову, второй рукой прекрасная София поднесла чашу к моим губам и стала поить золотистым напитком. Благодатная услада начала разливаться по всему моему существу. Я видел, как убывает из чаши эта искрящаяся божественная жидкость, вливаясь в меня, но я не ощущал её во рту, не чувствовал её вкуса. Однако явно ощутил, как неземное тепло начало растекаться внутри меня, словно омывая пустой сосуд моего тела: сначала по рукам, потом по груди, животу, ногам. А затем наполнило стремительным потоком неугасающего сияния всё моё существо с ног до головы, пробуждая в моём сердце беспредельную радость и благодать. Когда последние капли этой чудесной жидкости истекли в моё тело, София устремила на меня свой нежный взор, полный божественной Любви. И словно разверзлось что-то внутри, прояснился ум, и я почувствовал в себе открытие неведомого источника могучей силы. Внезапно меня озарило понимание Бессмертия, словно распахнулась дверь в мир иной. И мне открылась Мудрость…

Присутствующие же на моём посвящении видели нечто иное. Позже, участвуя в посвящении других, я и сам не раз был свидетелем этого божественного чуда, совершавшегося в своей неизменной последовательности, но уже с иными. И было это так. Когда окружив посвящаемого по кругу все молились о нём, внезапно лучезарный свет осиял присутствующих. И свет сей исходил от посвящаемого, как будто он в едином порыве вспыхнул и был объят несжигающим пламенем со всех сторон. Мы ещё сильней углублялись в священную молитву. И свет сей становился нестерпимо ярким и столь плотным, что сквозь него невозможно было что-либо увидеть. Мы продолжали читать с нарастающей внутренней силой молитву. Постепенно свет изменялся, приобретая необыкновенную мягкость и прозрачность. И сквозь него нам дано было увидеть немногое из сокрытого божественного Таинства — очертания Младенца, словно погруженного в первозданный океан мироздания. После сего недолгого таинства божественный Свет усиливался и сгущался, а затем, вновь вспыхнув, рассеивался, проявляя нашему взору привычный облик посвящаемого».

Сэнсэй сделал паузу, а затем продолжил:

— Но самое интересное, через подобное таинство проходили не только тамплиеры, но и другие воины — Гелиары. При своём вхождении во внутренний круг, проходя посвящение, они видели то же самое видение — Деву, которая наполняла их силой из золотой чаши в форме лотоса.

— Гелиары? — переспросил Андрей.

Однако не успел Сэнсэй ответить, как Костик перехватил инициативу у Андрея своим последующим вопросом.

— А кто эта божественная София?

— Sophia в переводе с греческого означает «мудрость», «знание». У тамплиеров же София означала не только Мудрость, но и божественный образ Марии Магдалины, как Грааля.

— Марии Магдалины, как Грааля? — удивился Виктор вместе со старшими ребятами.

— Об этом я вам расскажу подробнее чуть позже.

Николай Андреевич в свою очередь тоже высказался в не малом изумлении.

— А что, разве тамплиеры пользовались греческой терминологией, как и православное христианство, а не латинской, как католичество?

— Да, — ответил Сэнсэй. — Даже на печати Ордена, так сказать их символике, где изображено два всадника, сидящих на одном коне, имя Христа написано по-гречески, а не на латыни.

— Любопытно, любопытно, — проявил заинтересованность к данному вопросу Николай Андреевич.

— Да, ничего тут удивительного нет, — сказал Сэнсэй. — Когда я расскажу, как и почему был организован этот Орден вы, доктор, сами всё поймёте. Но давайте всё по порядку… Так вот, что я хотел сказать по поводу этой «космической горы». Знания о ней попали в своё время и к Сиддхартху Гаутаме.

— В смысле, легенды? — уточнил Стас.

— Нет, знания. И впоследствии, благодаря ним, Будда сам смог посещать Мировую гору. Благодаря Будде и его некоторым последователям, владевшими этими знаниями, информация о горе Меру стала известна по всему Востоку. Буддисты, кстати говоря, точно так же как и индуисты, описывали эту гору в виде пестика цветка лотоса — священного цветка, как для тех, так и для других. И этот образ больше связан не столько с самой горой, сколько с основными элементами динамической медитации для подготовки к посещению Меру.

Даже взять наше славянское «язычество». Ведь в нём, что примечательно, знания и практики о Мировой горе были доступны простому народу, в отличие от «прихватизации» этих знаний жрецами других народов. На славянских территориях долгое время осуществлялись старинные ритуалы магических «полётов» на космическую гору, которые проводились на священном холме, похожем по форме на очертания Мировой горы. К слову сказать, раньше великие праздники назначались не потому, что людям вздумалось повеселиться. Испокон веков они проводились именно в те дни, которые совпадали с определёнными космическими циклами. И начинали их праздновать не с утра, как это сейчас принято, а с вечера, с восходом первой звезды.

Со временем, когда «язычество» начали огнём и мечом искоренять среди славянских народов, насаждая христианскую веру, стали жестко преследоваться и служители «языческих» культов. Они были объявлены не иначе как «бесовским отродьем», «слугами дьявола», а «языческие» древние обряды — шабашами, гульбищами враждебных человеку «сатанинских сил». И, в общем-то, с физическим уничтожением большинства волхвов знания о Мировой горе, как таковые, были утрачены, а то, что осталось, перекручено в отрицательную сторону до неузнаваемости. Праздники переименовали. Хотя от переименования праздников одних в другие прохождение определённых космических циклов, естественно, не изменилось, да и святость мест тоже. Так, к примеру, на местах бывших капищ главных языческих богов строились храмы христианства. Но это уже, как говорится, история.

Аналогичный образ Мировой горы в центре Вселенной был известен и алтайцам. Только они называли её Алтын-ту. В их представлении эта золотая космическая гора была прикреплена именно своим основанием к небу (то есть, самая широкая часть была вверху, а самая узкая внизу), и свешивалась вершиной над землёй на расстоянии «равном длине человеческой голени». Кроме этого, у них были распространены и другие названия Мировой горы, такие, к примеру, как гора Сумеру, вокруг которой вращаются звёзды, известная так же и калмыкам, и многим другим народам Центральной Азии. Согласно мифам алтайского народа на ней находятся 33 те?нгри, то есть 33 бога.

У китайцев Мировую гору величают Куньлунь, через которую по их верованиям можно проникать в высшие сферы мироздания. Её считали вроде «рая». В одном из древних сочинений есть такая запись: «Кто с Куньлуня поднимется на вдвое большую высоту, достигнет горы Прохладного ветра и обретёт бессмертие; кто поднимется ещё вдвое выше, достигнет Висячей площадки и обретёт чудесные способности, научившись управлять ветром и дождём; кто поднимется ещё вдвое выше, достигнет неба, обиталища Тай-ди — верховных владык, и станет духом». Для несведущего — это красивая сказка, для знающего — всего лишь подсказка.

Кстати говоря, эта ассоциация Мировой горы с раем упоминается и в Библии. В тексте можно найти разрозненные свидетельства, указывающие на отголоски знаний о Мировой горе: то есть что она находится в центре Вселенной, на неё спускается Бог, на ней располагается подобие рая, гора окружена реками, кои символизируют первозданный океан. А также то, что взойти туда сможет лишь праведник с «руками неповинными и сердцем чистым». Её ассоциировали и с горой Сион, и даже с горой Арарат, к которой, по приданию, причалил ковчег Ноя.

У мусульман Мировая гора освещается в текстах довольно-таки интересно, правда, в несколько закамуфлированном виде, но всё же. Во-первых, в исламских мифах упоминается о том, что Аллах создал огромную гору Каф, которая кольцом окружала обитаемый мир и прочно подпирала Вселенную. За этой горой творец создал ещё одну землю, в семь раз большую по своим размерам, которая населена ангелами, причём так плотно, что между ними не упасть даже игле. Во-вторых, если внимательно прочитать о Мира?дже Мухаммеда…

— О чём? — не совсем поняв, переспросил Андрей.

— Мирадж, это в переводе с арабского «вознесение», «лестница», а в данном тексте вознесение пророка Мухаммеда на небо. У мусульман даже одна из главных памятных дат религиозного года («Раджаб-байрам») названа в честь путешествия Мухаммеда (вознесения пророка на белом коне Бураке из Мекки в Иерусалим, а оттуда, благодаря ангелу Джабраилу, на небеса для беседы с Аллахом), которая отмечается в седьмом месяце мусульманского лунного календаря. Так вот, в кораническом тексте остались упоминания об одном из «ночных путешествий» Мухаммеда (17:1; см. Исра) вместе с ангелом Джабраилом.

— Это которого в Библии называют архангелом Гавриилом? — уточнил Виктор.

— Да, — ответил Сэнсэй и добавил: — Между прочим, в Коране Джабраила называют также и Святым Духом (Рух ал-Кудс). Так вот, во время вознесения Мухаммед побывал не только в Иерусалиме, но и благодаря световой лестнице, предоставленной ему Джабраилом, был возвышен на вершину небес, где предстал перед Аллахом. А после, с помощью Джабраила посетил рай, называемый Джа?нна. В буквальном переводе с арабского это означает «сад». В Коране данное место именуют ещё и как «возвышенное» (83:18), «обиталище мира» (6:127), «место пребывания» (40:42) и так далее. Предание гласит, что все эти названия рая связаны с различными его частями, расположенными на восьми небесных сферах. Даже в самом изображении Джа?нна в Коране, переполненного различными чувственными и натуралистическими описаниями, отражающими определённое экстатическое состояние сознания, есть и упоминания зашифрованных знаний, к примеру, таких как «лотос, лишённый шипов», единый возраст праведников — 33 года и другие моменты, по которым ориентируется человек сведущий смысл, символику и тонкости этих знаний. Кстати говоря, в послекоранической литературе Джанна описывается в качестве многоэтажной пирамиды, которая увенчана «крайним Лотосом», упоминаемом в Коране (53:13–18). Так что это не просто так.

— «Крайним Лотосом»?! — чуть ли не хором с удивлением спросили мы.

Николай Андреевич же, в отличие от нас, спокойно проговорил:

— Коран, признаться, ещё не читал. А что конкретно там написано о «крайнем Лотосе»?

— А что такое 53:13–18? — в свою очередь озадаченно спросил Андрей.

— Это означает 53 сура, то есть глава Корана, с 13 по 18-й аят (стих), — пояснил Сэнсэй. — Кстати говоря, 53 сура называется «Звезда». На арабском языке это, конечно, звучит более выразительно…

Женя же на всякий случай тут же в шутку отпарировал.

— Э нет, Сэнсэй, ты уж лучше нам по-русски перескажи, а то пока мы выучим арабский, чтобы понять то, что ты нам хочешь сейчас сказать, у нас старческий склероз начнётся, забудем, зачем же мы его учили.

Ребята весело заулыбались, а Сэнсэй словно за между прочим заметил:

— Вообще-то Коран надо читать в оригинале. Всё-таки любой перевод он несколько искажает исходный текст. Но коль такое безвыходное дело, — при этом Сэнсэй с улыбкой глянул на Женю, — тогда слушайте. В русском переводе это звучит приблизительно так. В начале этой главы речь идёт о заверении в искренности и правдивости посланника о своём рассказе, о вознесении на небеса, об Откровении, о том, что открылось его взору. А далее повествуется, как ангел Джабраил вознёс Мухаммеда на небо.

«…И научил его Тот,

Кто обладает необъятной мощью.

Возникший во всём великолепии,

На высшей точке горизонта.

Потом приблизился и спустился.

И был на расстоянии от него (Джабраил от Мухаммеда)

не более двух пролётов лука и даже ближе.

И открыл Своему рабу то, что открыл.

Сердце его (пророка) подтвердило то, что он видел.

Разве вы будете оспаривать то, что он узрел?

И видел он (Мухаммед) Его (Джабраила)

при втором снисхождении.

Близ Лотоса крайнего предела

(За коим недоступно пройти никому),

При котором — сад прибежище (райская обитель).

И покрывало Лотос то, что покрывало

(Сокрыт (неведомым) покровом).

Свой взгляд (Мухаммед) не отвёл ни на мгновенье

И не вышел за пределы (зримого).

Ведь он действительно видел

величайшее из знамений Господа своего…»

— Здорово! — восхищенно произнес Руслан, выражая общее мнение нашего коллектива.

— Ну, ты меня прямо заинтриговал, — изрёк Николай Андреевич. — Если я правильно понял, Мухаммед увидел Джабраила в Его истинном облике в месте «величайшего из знамений Господа» — «крайнем Лотосе»?!

— «… венчающего мир, где есть все знания обо всех творениях и ангелах. И только Аллах знает, что находится дальше этого места», — красиво процитировал свой ответ Сэнсэй.

— Это тоже Коран?

— Нет, это тафсир, один из комментариев к Корану по поводу этой главы. Лотос здесь рассматривается как символ границы зримого и незримого, познаваемого и непознаваемого.

— Потрясающе! — промолвил Николай Андреевич. — Честно говоря, даже не предполагал, что в Коране есть такие стихи.

— Это ещё что, — сказал Сэнсэй. — В этой же суре, 49 аят, где перед этим говорится о том, что Аллах сотворил не только мужчину и женщину, но:

«… И что Ему надлежит вторичное сотворенье,

И что Он, который в нужной мере обогащает и наделяет,

И что это Он — Господь великой планеты аш-Ши ?ра…»

Или же говоря более понятно: «И что только Он — Властитель Сириуса (мощи)». Дело в том, что арабы величают «аш-Ши ?ра аль-Яманийа» самую яркую звезду на небе в созвездии Большого Пса — Сириус. Так её называли ещё три тысячи лет тому назад.

— Вот даже как! — многозначительно промолвил Николай Андреевич. И вдохновленный каким-то своим новым открытием стал говорить далее. — Если я не ошибаюсь…

— Да, да, да, — тут же перебив его речь, кивнул Сэнсэй, точно заранее зная, что тот сейчас произнесёт, — это именно то, о чём ты подумал.

Мы же сидели с явным нетерпением, ожидая продолжение этого интригующего диалога. Однако, к нашему разочарованию после слов Сэнсэя последовала затяжная пауза, точно его общение с Николаем Андреевичем перешло на «невербальный уровень», как любил выражаться наш психотерапевт. Тут уж Костик, видимо больше всех распираемый от любопытства, не выдержал и выпалил на одном дыхании.

— И что, что это означает?!

Но Сэнсэй вопреки нашему всеобщему ожиданию почему-то на этот вопрос не ответил. Получилась даже какая-то неловкая ситуация. Мы вопросительно смотрели на Сэнсэя, а Сэнсэй как-то изучающее смотрел то на нас, словно обдумывая, доверить ли нам эту информацию или нет, то на Николая Андреевича, который тоже упорно отмалчивался, хотя по его глазам было видно, что ему не терпелось высказаться. Но, в конце концов, слишком затянувшаяся пауза закончилась тем, что Сэнсэй проговорил, уходя от прямого ответа.

— Это знаки для тех, кто знает. — И как ни в чём не бывало подытожил. — Так что знания о Мировой горе разбросаны практически по всему миру. И что главное, эти знания не просто лежали в истории «мёртвым грузом», а практиковались.

— Да, за «крайний Лотос» — это круто! — восхищённо промолвил Виктор, не меньше нас заинтригованный этой информацией.

— Вот так Мировая гора! — поддержал его Стас.

Пока мы поочередно восторгались услышанным, обсуждая эту тему, Николай Андреевич погрузился в свои размышления, а потом как-то тихо произнёс, не то сам себе, не то, обращаясь к Сэнсэю.

— А он прошёл…

— Кто прошёл? — не понял его Сэнсэй.

— Мухаммед. Он прошел…

— Естественно, он же Мухаммед.

— Понимаешь, — медленно проговорил Николай Андреевич. — Этот твой рассказ вызвал во мне ассоциацию с тем случаем из моей практики «Лотоса», о котором я тебе рассказывал.

— А что за случай? — с явным интересом подключился к их разговору Володя.

— Да я как-то, практикуя «Цветок лотоса», попытался максимально углубиться в медитацию. И чётко почувствовал приближение к какой-то грани… предела, до которого, как мне показалось, вполне реально дойти. И главное, я явно чувствовал, вернее, осознавал, что за ним огромная сила. Но, чем ближе я пытался приблизиться, тем сильнее чувствовал другую, противоположную силу. Её даже тяжело описать словами. Страх и ужас по сравнению с этими ощущениями — ничто. Это длилось всего лишь какие-то мгновения, но я не выдержал и быстро вышел из медитации. И это несмотря на то, что Сэнсэй предупреждал меня об этом Страже, несмотря на весь мой накопленный опыт и знания в области психологии, несмотря на то, что я был настроен на выполнение данной медитации, но пройти не смог. Я, конечно, ожидал, что моё Животное будет учинять мне преграды. Но что оно будет настолько сильно! Вот тут-то, честно говоря, я по-настоящему осознал всю силу Животного, присутствующего во мне.

Виктор, внимательно слушавший Николая Андреевича, уточнил.

— То есть, чем ближе к тому миру, тем усиливалось воздействие этого мира?

— Да.

— Ну это нормальное явление, — проговорил Сэнсэй. — Не так то просто дойти до грани, не говоря уже о том, чтобы её преодолеть.

— А у меня, между прочим, тоже было нечто подобное, — припомнил Володя. — Как то делал медитацию и решил, так сказать в качестве разведки, занырнуть поглубже того, что обычно делаю. Ну и занырнул на свою голову. И главное чувствую, что приближаюсь к чему-то светлому, хорошему. И тут раз, туман какой-то возник на пути. Я хотел его пройти, да не тут-то было. Да такой необычный туман — густой и тёмный. Вот как резину палишь, только без запаха. Такие неприятные ощущения меня охватили в нём. Да к тому же он оказался липким. И главное, стал как-то засасывать. Я назад, а он меня не отпускает. Такой страх на меня напал, словно я занырнул в воду глубоко-глубоко, а вынырнуть, выкарабкаться не могу. Я кое-как вышел из той медитации и больше таким «заныриванием» из любопытства не балуюсь. Всё делаю в рамках того, что сказал Сэнсэй.

На что Николай Андреевич с улыбкой заметил.

— Ну, Володя, ты же у нас человек военный, поэтому и выполняешь всё как положено, в рамках «устава». А мы, брат, люди науки. Любим ставить эксперименты, в первую очередь на себе.

Женя, внимательно слушавший, как и другие ребята, их беседу, с наигранным нетерпением протараторил.

— И я хочу такие экскременты ставить!

— Сам ты экскремент! — усмехнулся Стас. — Тебе про эксперимент говорят!

— Ну, я и говорю! И я хочу, а что вы делали?! — состроив «умное» лицо, спросил Женя у Володи.

Ребята ещё больше рассмеялись вместе с Сэнсэем. А Стас ему ответил:

— Для таких, как ты, этот процесс объяснению не подлежит!

Костик же осведомился у Сэнсэя.

— Не, а серьёзно, что нужно сделать, чтобы достичь «крайнего Лотоса»? Это надо «Цветок лотоса» усиленно практиковать?

Сэнсэй посмотрел на парня и объяснил:

— Прежде всего, надо стать Человеком! «Крайний Лотос» — это высший уровень. Достичь его очень сложно. Но стремиться к этому надо. — И уже обращаясь к Николаю Андреевичу и Володе, проговорил. — Ко всему нужно тщательно готовиться. Тем более, чтобы проникнуть в суть «Лотоса», нужны годы и система тренировок. Это раз. Во-вторых, то, с чем вы соприкоснулись, это не просто Страж, а своеобразный лабиринт. Пройти его, прорваться к Высшему может только человек с чистой душой и сердцем, твёрдо стремящийся к Свету. В противном случае эта преграда-лабиринт откроет тебе совершенно другую дверь и поведёт тебя совершенно иным путём. Поэтому очень много зависит от твоего духовного развития.

— То есть это нечто вроде уровня допуска? — уточнил Володя.

— Совершенно верно, — подтвердил Сэнсэй. — Так что это всё не просто так. А чтобы иметь соответствующий уровень, надо иметь соответствующий духовный опыт. А это далеко не так, как считают некоторые люди, что если раз в сутки сделали медитацию для своего удовольствия, или же помолились, так сказать, для «галочки», то есть отметились, значит, сегодня занимались духовным. Духовный опыт — это результат жизни, в которой твоя духовность должна проявляться во всём: в мыслях, поступках, действиях, духовных практиках, и в первую очередь помощи людям во имя добра, ибо это есть самый ближайший путь к Богу. Любовь человека не тщетна, ибо она очищает душу и дарует силу созидания. Молитвы и медитации не бессмысленны, ибо они есть такое же благо для духовного роста человека, как питание для плода, набирающего силу. Упование на Бога не ложно, ибо в нём сокрыто сущее, что связывает нас непосредственно с Ним. Так что быть настоящим Человеком и истинно приближаться к Богу это значит с каждым днём всё больше проявлять в мир Свет своей души и добиться того, чтобы в этом Свете не было даже намёка на присутствие тени. Только тогда вы сможете пройти Стража и воссоединиться с истинным Источником Света.

После этих слов Сэнсэя последующая пауза слегка затянулась. Все сидели, глядя на Сэнсэя, в ожидании продолжения этой захватывающей беседы. Однако сам Сэнсэй, немного помолчав, устремил свой взор в небо, и, переключая наше внимание, добродушно промолвил:

— Ну вот, как я и говорил, тучки ушли. Так что вы, доктор, зря переживали.

Мы с удивлением обернулись в сторону лимана. Действительно грозовой фронт уже покинул пределы видимости. Небо вновь стало чистым и ясным, порождая своим первозданным сиянием какое-то необычное чувство радости и безмятежности. Солнце постепенно клонилось к горизонту, завершая свой насыщенный трудовой день, подаривший природе и людям столько тепла и света. И до того внутри было хорошо и спокойно, что так бы и сидел тут в созерцании этого великолепного уголка природы в такой душевной замечательной компании.

Володя глянул на Сэнсэя и, очевидно, почувствовав его хорошее настроение, вроде бы, за между прочим, напомнил.

— Сэнсэй, а помнишь, ты утром обещал, что расскажешь нам за Грааль? Всё он у меня из головы не выходит после вчерашнего разговора.

— Да!!! — почти одновременно, словно братья-близнецы, дружно подхватили Женя и Стас.

Виктор, даже порадовался, что Володя поднял эту тему, поддержал его.

— Точно! Что же собой представляет этот таинственный Грааль? И как понять, что он обладает «властью над властью»?

Сэнсэй покачал головой.

— Ребята, тут двумя словами не обойтись. Слишком уж серьёзную тему вы затрагиваете.

Володя и здесь не растерялся, произнося свою любимую фразу:

— А мы никуда и не спешим.

— Ага, — поддакнул Женя. — Особенно после взбучки Аримана мы уже точно никуда не спешим.

Сэнсэй улыбнулся и оптимистично проговорил:

— Ну раз так, то историю о Граале надо рассказывать с самого начала… А тут извините, без чая не обойтись.

Мы уже настроились было слушать, и не сразу вникли в смысл последних слов Сэнсэя.

— А-а-а, — наконец-то спохватился Виктор. — Так мы это сейчас мигом организуем.

Народ на «ура» подхватил эту идею, и под руководством Виктора зашевелился, как муравьи в муравейнике, разбегаясь в разных направлениях. Кто-то поспешил за хворостом, кто-то стал расчищать место под костёр, кто-то пошёл за водой и чайником. Нашу же молодую компанию послали за продуктами к чаю. Мы быстро подсуетились. Вскоре разожгли на берегу костёр, соорудили из веток подвесное устройство и повесили на него чайник. Пока вода закипала, сделали бутерброды, разложили печенье. В общем, соорудили небольшой сладкий стол. И когда всё было готово к продолжительной беседе на великолепном берегу моря в компании такого интересного и необыкновенного человека, как Сэнсэй, мы уселись вокруг костра в этой абсолютной природной идиллии, и, попивая приятный чай, стали слушать неторопливый рассказ Сэнсэя.








 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх