Гитлер и женщины

Одно самоубийство и одна попытка уйти из жизни. Две девушки, показавшие себя готовыми покончить с собой ради Гитлера. Но череда самоубийств на этом не кончилась.

Шофер Гитлера рассказал автору, что очень часто четырнадцати- и пятнадцатилетние девочки бросались под его машину в надежде попасть под колеса и получить помощь от Гитлера. Излишне говорить о целых кипах писем с объяснениями в любви, эротических подарках, как правило, крайне безвкусных, и вязаных подушках, которые поклонницы непрерывно отправляли в «Бергхоф».

Чем объясняется такая власть над противоположным полом в период, когда Гитлер еще не занимал пост рейхсканцлера, а, напротив, постоянно подвергался нападкам немецкой прессы и жил под угрозой ареста? Внешне он никак не походил на покорителя женских сердец. Вообще как могла женщина в кафе «Грёссенван»[22] согласиться сесть за столик к человеку в униформе с болтающейся на руке плеткой из крокодиловой кожи? К тому же его сопровождали два здоровенных свирепого вида телохранителя.

В приватном общении Гитлер вел себя отнюдь не как главарь бандитской шайки. Тут его противники и, в первую очередь, Бертольд Брехт со своей знаменитой, обошедшей весь мир сатирической пьесой[23] совершенно не правы. С женщинами Гитлер вел себя необычайно вежливо, всегда пропускал их вперед, никогда не садился в их присутствии и по любому поводу целовал руки. Гортанный голос становился при них бархатным и вкрадчивым с той долей теплоты, которая характерна именно для жителей Вены. У любой женщины создавалось впечатление, что он хочет понравиться только ей одной. Многие из них ожидали встречи с неотесанным мужланом, хамом и наглецом и были просто поражены, увидев перед собой учтивого, хорошо воспитанного человека, чуть ли не светского льва. Неудивительно, что они открыто восхищались Гитлером.

Кроме того, он как бы завораживал почти всех, кто с ним встречался, — от генералов, дипломатов и министров до детей и простых посыльных. «Я готова была сделать для него все», — уверяет Траудль Юнге.

Все его секретарши в один голос говорят, что он никогда ни в чем не попрекнул их, ни разу не повысил голос и с готовностью повторял непонятную для них при диктовке фразу. Он называл их «Дитя мое» или «Моя красавица», никогда не начинал день, не отозвавшись с похвалой о новом платье или прическе, интересовался их личной жизнью и вообще вел себя, как добродушный начальник, с которым, однако, нужно быть очень осторожной.

Гитлер утверждал, что не подвержен влиянию женщин. «Я никогда не говорил с ними на политические темы и не просил у них совета, — как-то с гордостью объявил он. — Вся тактика утонченных женщин сводится к тому, чтобы прикинуться робкой и послушной, втереться в доверие к мужчине, затем потуже затянуть удила, прибрать его постепенно к рукам и заставить танцевать под свою дудку».

Он демонстративно робел перед женщинами, и они объясняли это его неопытностью в любовных делах.

Однако, по свидетельству младшей сестры Евы Гретль, «Гитлер на самом деле с женщинами был далеко не робок».

Представление о застенчивом перед женщинами Гитлере родилось в годы Первой мировой войны, когда тот, будучи иностранцем, вступил в германскую армию и был направлен в запасной полк, сформированный буквально в последнюю минуту и носивший имя его командира Листа. Во главе роты, в которой служил Гитлер, стоял Фриц Видеман, выходец из семьи с давними военными традициями. Он оказал автору поистине неоценимую помощь в его поисках.

«Гитлер никогда не получал писем, у него не было подружек. Я даже предложил нескольким девушкам писать ему. Так как на Рождество он не получал денег, сослуживцы даже хотели устроить складчину и собрать ему 10 золотых марок, но Гитлер отказался. Он никогда не жаловался на свое одиночество и даже написал: «Полк — вот мой дом».

На фронте Гитлер отличался храбростью. Он занимал должность полкового курьера и зачастую был вынужден передавать сообщения под вражеским огнем. Два раза его представляли к «Железному кресту» 1-го класса. Получил он награду только один раз и то по настоянию сменившего Видемана на посту полкового адъютанта обер-лейтенанта Гутмана, еврея по национальности.

По возвращении в Мюнхен Гитлер с головой окунулся в политику и сразу же нашел союзников в лице женщин. Все они были достаточно богаты, все в зрелом возрасте и все в той или иной степени влюблены в него. Жена богатого владельца фабрики по изготовлению музыкальных инструментов Карла Бехштейна Елена, или просто Лотта, ввела его в высшее общество. Он даже длительное время пользовался ее гостеприимством. По словам Гитлера, Елена Бехштейн была необычайно ревнива и стоило ему на приеме лишь несколько минут постоять с какой-нибудь красивой женщиной, она устраивала затем дикую сцену ревности. Жена издателя Гуго Брукмана Эльза также сыграла значительную роль в жизни Гитлера. Вдова профессора Мюнхенского университета Карола Гофман часто приглашала Гитлера на свою виллу и расточила похвалу господину Вольфу. Все эти женщины оказывали Гитлеру и его партии весьма значительную финансовую поддержку, так как вначале германские промышленники вели себя по отношению к нему довольно сдержанно. Зато, по слухам, деньги ему выделил Генри Форд, а посредником между ними служил Эрнст Ганфштенгль, по прозвищу Пуцл. Его мать была американкой, а сам он учился в Гарвардском университете.

О его сестре Эрне Гитлер рассказывал так: «Однажды в отеле «Байерришер Хоф» собралось множество красивых женщин, одна краше другой и все увешанные бриллиантами. Вдруг появилась настолько роскошная женщина, что все остальные рядом с ней сразу же поблекли. Она вообще не носила никаких украшений». Гитлер долго и с серьезными намерениями ухаживал за ней. Все полагали, что они в конце концов вступят в брак. Но Эрна слишком часто вмешивалась в его политические дела.

С Гитлером также связывают имя жены генерала фон Людендорфа, которая, опять же по слухам, способствовала их сближению.

Другая не менее честолюбивая женщина приложила все усилия для того, чтобы способствовать политической карьере Гитлера. Речь идет о бывшей жене принца Фридриха Франца фон Гогенлоэ Вальденбурга-Шиллинга — Стефании. Именно она побудила лорда Ротермира приехать в Берхтесгаден и устроила встречу Фрица Видемана с лордом Галифаксом. Но Гитлер оказался совершенно невосприимчив к ее чарам.

В свободное от политической деятельности время Гитлер принимал в своей скромной квартире на Тикштрассе хорошеньких жительниц Мюнхена, «Он всегда дарил им цветы, даже когда у него не было денег, — вспоминает Эмиль Мориц. — Особенно его привлекали балерины». Танцоров он не любил, но для балерин хотел создать Фонд социального страхования с целью обеспечить им гарантированный минимальный оклад и пособие по безработице.

Он восхищался американской балериной Мариям Берне, которая, по его словам, «словно парила в воздухе». Гитлер даже пригласил ее в «Бергхоф». Вообще он любил вальсы и совершенно не воспринимал современную музыку и танцы.

Следует также уделить внимание слухам, которые не нашли документального подтверждения. Но надо учесть, что вплоть до окончания войны о существовании Евы Браун мы также знали только по слухам.

Так, например, автор одной из биографий Гитлера Конрад Гейден пишет, что в 1923 году его герой сожительствовал с сестрой своего шофера Дженни Хэйг. Эти сведения он заимствовал у Уильяма Ширера. Из документальных источников, обнаруженных в Лондонской библиотеке, явствует, что якобы некая жительница Вены Сюзи Липптауэр в 1921 году пыталась повеситься в номере одного из отелей Мюнхена из-за того, что Гитлер порвал с ней. Генрих Гофман подтвердил эту информацию и добавил: «Сюзи Липптауэр позднее вышла замуж, и Гитлер всячески покровительствовал ей». Интимные отношения с Гитлером поддерживала также бывшая монахиня Элеонора Бауэр, в ноябре 1923 года решившая изобразить из себя современную амазонку и потому принявшая участие в пресловутом шествии к Галерее полководцев. Вроде бы она даже родила от Гитлера ребенка, которого воспитывала за счет партийной кассы. Затем по протекции Кристиана Вебера[24] его приняли на работу в редакцию «Фёлькишер Беобахтер».

История же Марии Рейтер-Кубич, напротив, уж никак не из области фантазии. Правда, ее сестра, Анни Штегер-Хель, в беседе с автором осторожно намекнула, что далеко не все здесь соответствует фактам. Сам автор после бесед с несколькими бывшими обитателями Берхтесгадена пришел к выводу, что у них в голове смешались домыслы и реальные обстоятельства.

Мария Рейтер-Кубич, по прозвищу Мици, родилась 23 декабря 1909 года. Она училась в монастырском пансионате, а затем перебралась к своей сестре, владевшей магазином модной одежды в Берхтесгадене прямо напротив отеля «Дойчер Хоф», где в 1925 году проживал Гитлер. Во время прогулок в курортном парке овчарка Гитлера, по кличке Принц, увязалась за собакой Мици. Гитлер немного пофлиртовал с девушкой, а затем зашел в магазин и попросил у сестры разрешения пригласить Марию на концерт. «Вам тридцать шесть, а ей только шестнадцать. Сами понимаете…» — резко ответила Анни.

Гитлер обиделся, однако пришел в магазин еще раз и уговорил сестер сходить с ним на партийный митинг. После своего выступления он так нежно разговаривал с Мици, что влюбленная в него дочь владельца отеля Метке «даже пожелтела от ревности». (Сразу оговорюсь, автор передает рассказы других.) В один из вечеров он попросил у Мици разрешения поцеловать ее, а когда та отказалась, помрачнел и твердо заявил: «Мы больше не увидимся». Но Мици написала ему письмо с просьбой зайти к ней. На прогулке он поцеловал ее в губы и, по словам Мици, «крепко прижал к себе и сказал: «Я хочу сломать тебя». Настоящая буря страсти».

В Мюнхене Мария Рейтер неоднократно навещала Гитлера, и тот уже поговаривал о совместном проживании. Однако в июле 1927 года после возвращения от сестры Мария узнала, что Гитлер в Берхтесгадене, но уже ухаживает за другой женщиной. Вне себя от ревности, она привязала к двери бельевую веревку и сунула голову в петлю. Спасло Марию только появление ее шурина Готтфрида Хеля.

Три года Мария Рейтер ничего не слышала о бывшем возлюбленном, как вдруг Макс Амман[25] потребовал, чтобы она написала, будто у нее с Гитлером ничего не было, и заверила заявление у нотариуса. Она выполнила это требование и 10 мая 1930 года вышла замуж за владельца отеля в Инсбруке. Но их брак не был счастливым, и Мария вскоре бросила мужа.

С Гитлером она снова встретилась в 1932 году в его новой квартире на Принцрегентенплац, и он будто бы предложил ей остаться у него на ночь. Мария тут же согласилась.

Вскоре Мария вышла замуж за гауптштурмфюрера СС Кубича и в 1936 году добилась от Гитлера его перевода в Берхтесгаден. После его гибели во Франции Гитлер прислал ей сто красных роз. Больше никаких контактов между ними не было.

Автор сильно сократил рассказ Марии Рейтер-Кубич, которая ныне проживает неподалеку от Гамбурга. У него создалось впечатление, что она просто повторила историю, сочиненную для нее сотрудником многотиражного иллюстрированного журнала. Мария Рейтер утверждает, будто все ее письма Гитлеру пропали с появлением в Берхтесгадене американских солдат. После краха Третьего рейха она долго жила у сестры Гитлера Паулы, под фамилией Вольф снимавшей дом на Вандзее. Паула ничего не знала о любовной связи брата с ее постоялицей, так как в то время довольно редко посещала его. Но если она действительно подтверждает правдивость данной истории, это свидетельствует только о ее легковерии.

Хорошенькая блондинка Инге Лей всегда восхищалась Гитлером, который как-то сказал ее мужу: «С такой женщиной мужчина не может не чувствовать себя, как в раю». Но ее муж — руководитель Трудового фронта[26] Роберт Лей[27] — был хроническим алкоголиком, и с ним Инге никак не могла чувствовать себя счастливой. Однажды она даже сбежала от него в Берхтесгаден. Обе сестры Евы и секретарши Гитлера в один голос утверждают, что между ними никогда не существовало близких отношений. В 1943 году Инге Лей выбросилась из окна, предварительно написав письмо Гитлеру. Прочтя его, Гитлер был очень опечален.

Версия о предпринятой Мартой Додд попытке самоубийства ничем не подтверждается, но в данном случае дело могли просто замять, так как речь шла о дочери посла, а у дипломатов очень развито чувство солидарности. Отец Марты, профессор Уильям Додд, бывший декан исторического факультета Чикагского университета и ученик Вудро Вильсона, представлял в Берлине интересы США. Он ничем особенным не выделялся и плохо понимал по-немецки, хотя год проучился в Лейпцигском университете. Его дочь, выпускница одного из лучших колледжей США, была типичной американкой — хорошенькой, кокетливой и очень жизнерадостной. Она не боялась носить короткие платья и танцевать чарльстон, и журналисты бульварных изданий собирали имена мужчин, с которыми она флиртовала.

Гитлер обратил на нее внимание в Байрейте на торжественном представлении «Парсифаля». Внешне она напоминала Гели. (Гитлер всегда утверждал, что все женщины, которые ему нравятся, похожи на покойную возлюбленную.) Он пригласил Марту в отель «Кайзерхоф» на чашку чая и потом еще несколько раз встречался с ней. Сразу же пошли разговоры о наметившемся сближении между Германией и США, и Пуци Ганфштенгль стал частым гостем в американском посольстве. Марта заявила, что страстно влюблена в фюрера и намерена устроить ему триумфальную поездку по США.

Но, видимо, их отношения крайне не понравились Герингу, который с помощью начальника гестапо Рудольфа Дильса вовсю ловил рыбку в мутной воде. Он передал Гитлеру досье, содержащее порочащие молодую американку сведения. Оказывается, в Чикаго ее неоднократно задерживали за рулем в пьяном виде и пытались привлечь к ответственности за торговлю наркотиками. Кроме того, она развелась с мужем уже через несколько месяцев после вступления в брак. Гитлера эти сплетни совершенно не волновали. Но он пришел в ужас, узнав, что Марта Додд подозревается в сотрудничестве с советской разведкой.

Теперь он больше не подходил к ней на дипломатических приемах. Говорили, что Марта в отчаянии даже попыталась вскрыть себе вены, хотя в это никто не поверил.

А как же версия о ее причастности к советской разведке? После войны Марта Додд вышла замуж за миллионера Штерна. В эпоху маккартизма их обоих обвинили в прокоммунистической деятельности.

В Праге Марта жила на правах беженки. Иногда ее имя всплывало на страницах американской прессы в связи с какими-то таинственными актами шпионажа за железным занавесом.

Гитлер, в детстве боявшийся заговорить с понравившейся ему девочкой и в годы войны не обзаведшийся даже случайной подругой, теперь воспринимал повышенное внимание женщин как вполне естественное явление. «Женщины любят героев, — говорил он, имея в виду прежде всего самого себя. — Без мужчины женщина чувствует себя совершенно потерянной. Герой же дает женщине ощущение безопасности. Но, заполучив героя, она очень неохотно возвращает ему свободу».

Эта свобода была нужна Гитлеру как воздух. Он искренне полагал, что потеряет очень многое в глазах немецких женщин, если женится на одной из них. «В политике, — заявил он как-то в узком кругу, — мужчины в любом случае подчинятся вождю, а вот поддержку женщин нужно завоевать». Видимо, по этой причине, отвечая на вопрос, нет ли у него намерений жениться, он всякий раз неизменно отвечал: «А я женат, но моя жена — Германия».


Примечания:



2

Альберт Шпеер — придворный архитектор Гитлера, автор проекта здания Новой рейхсканцелярии, в 1942–1945 годах — министр вооружений. Международным трибуналом приговорен к двадцати годам лишения свободы.



22

Кафе «Gro?enwahn» — по-немецки означает «мания величия».



23

«Бертольд Брехт со своей знаменитой пьесой» — имеется в виду «Карьера Артура Уи, которой могло не быть».



24

Кристиан Вебер был одним из немногих деятелей НСДАП, обращавшихся к Гитлеру на «ты». Поэтому после прихода к власти Гитлер поспешил отдалить его от себя.



25

Макс Амман — бывший ротный фельдфебель Гитлера, руководитель Центрального издательства НСДАП «Егерферлаг».



26

Трудовой фронт — организация, созданная в нацистской Германии на базе распущенных профсоюзов.



27

Роберт Лей повесился в уборной в здании суда еще до первого заседания Международного трибунала.







 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх