Двор в Оберзальцберге

Согласно одной из версий, Гитлер подростком купил в Линце лотерейный билет, твердо убежденный в том, что именно на него выпадет крупный выигрыш. За несколько недель до розыгрыша он уже представлял себе, как купит роскошную виллу, а затем внутри все перестроит и обставит заново. Однако билет оказался пустышкой, и Гитлер впал в депрессию и разозлился на весь мир. Впоследствии, получив сообщение о проигранной битве, он вел себя точно так же. Франц Етцингер, знающий историю детства и юности Гитлера, сидел с автором в одной из камер Венской тюрьмы, именуемой в просторечии Елизаветинской прогулкой. При обсуждении этого эпизода он усомнился в его достоверности, но автору он представляется вполне правдоподобным. Ведь любой из нас хоть раз в жизни строил воздушные замки. Гитлер, разумеется, с годами получил возможность осуществить свою мечту и выбрал местом своего обитания Берхтесгаден.

Правда, историю этой местности Гитлер и его приближенные полностью игнорировали. Редко и Ева Браун ходила здесь за покупками или сопровождала в церковь свою подругу Марион Шёнеман.

Резиденция Гитлера находилась на восточном склоне возвышавшейся к югу от Берхтесгадена горы Высокий Гелл на окраине деревни Оберзальцберг. Ее название произошло от расположенного у подножия горы огромного соляного рудника, где в годы войны от непосильного труда тысячами умирали заключенные концлагеря Дахау. Сам Гитлер называл свою огромную виллу «Бергхоф», остальные предпочитали говорить просто «Берг»[36].

В прошлом тут жили преимущественно бедняки, нанимавшиеся зимой работать на соляной рудник, дровосеки, браконьеры, а позднее контрабандисты, постоянно вступавшие в конфликт с законом. В 1877 году некая энергичная женщина, Мауриция Майер, приобрела в этом месте заброшенный надел с полуразвалившимся домом, отремонтировала его и открыла трактир «Платтерхоф». Его завсегдатаями стали чиновники среднего ранга, построившие поблизости небольшие виллы. На месте лачуги ветерана австро-турецких войн был воздвигнут отель «Тюркенхоф».

Ходили упорные слухи, что именно Мауриция Майер послужила прототипом Юдит Платтер, героини популярного романа Рихарда Фоса. Она вступила в запретную любовную связь с местным дворянином, рукоположенным в члены одного из монашеских орденов. Несмотря на угрозу отлучения от церкви, Юдит осталась верна греховной любви и отказалась вернуть обручальное кольцо, полученное в обмен за ночь, проведенную с этим дворянином. В конце концов она бежала из Оберзальцберга в Доломитовые Альпы и там бросилась со скалы. Кольцо все же решили снять, но выяснилось, что оно не поддается, и пришлось отрезать палец. Ева Браун наверняка слышала эту легенду и, вероятно, даже прочла эту книгу, но могла ли она предположить, что ее судьба будет в чем-то схожа с судьбой героини романа?

В нескольких метрах от «Тюркенхофа» на северовосточном склоне горы коммерции советник Винтер в 1916–1917 годах построил виллу и назвал ее «Дом Вахенфельд». В 1925 году Гитлеру удалось убедить руководство партии и ее покровителей в необходимости снять для него эту виллу, чтобы он смог там «вести жизнь отшельника». Он как раз освободился из Ландсбергской тюрьмы и после отмены запрета НСДАП даже намеревался провести ее съезд в Берхтесгадене.

Местность он знал превосходно. Еще до Первой мировой войны он часто приезжал сюда по выходным, и именно здесь Дитрих Экарт свел его со стоявшим у истоков создания Национал-социалистической партии Антоном Дрекслером и одним из самых верных будущих соратников Гитлера, отстраненным, правда, потом на задний план, — Германом Эссером[37].

На гонорары за «Майн Кампф» — нельзя отрицать, что книга имела довольно большой успех, хотя сам автор был почти неизвестен, — и постоянно увеличивавшиеся субсидии из партийной кассы Гитлер не только смог купить «Дом Вахенфельд», но и перестроить и отделать его внутри в соответствии с собственными вкусами. Его сводная сестра Анжела Раубаль стала домоправительницей и после трагической гибели своей дочери Гели окончательно поселилась в Берхтесгадене. Она люто ненавидела Еву и иначе как «глупой гусыней» не называла. Впрочем, поначалу столь же неуважительно о ней отзывались многие из окружения Гитлера. Да и как иначе можно было относиться к девушке, буквально преследовавшей годящегося ей в отцы политического деятеля и своими чересчур демонстративными попытками самоубийства ввергавшей в смятение собственную семью?

Анжела Раубаль постоянно натравливала сводного брата на Еву и всегда находила повод унизить ее, К ее приезду в Оберзальцберг все комнаты вроде бы случайно оказывались занятыми, и Еве ничего не оставалось, как ночевать в «Платтерхофе» или в другой местной гостинице. Примыкавший к вилле Гитлера отель «Тюркенхоф» в 1933 году был немедленно конфискован. В нем разместились сотрудники местного отделения гестапо и офицеры Имперской службы охраны.

Анжела всячески старалась не обмениваться рукопожатиями с Евой и упорно называла ее просто «сударыней», а не «милостивой государыней», стремилась не замечать Еву и под любым предлогом не давала ей уединиться с Гитлером.

Руководствовалась она, естественно, отнюдь не моральными соображениями. Ее совершенно не интересовали прогуливавшиеся вокруг виллы девушки, которым ее сводный брат или его адъютанты уделяли повышенное внимание. Обычно их приглашали на чашку чая с приготовленными Анжелой пирожными, фюрер нежно поглаживал их руки, и они, счастливые и вдохновленные, возвращались домой. Ежедневно тысячи людей стекались к «Дому Вахенфельд», ставшему для них эдакой «священной горой». Часами они стояли под палящим солнцем или по колено в снегу в надежде увидеть фюрера. Своей настойчивостью они напоминали паломников, по воскресеньям собирающихся в Риме возле собора Святого Петра в ожидании благословения папы. Особое упорство проявляли женщины, уходившие только с наступлением темноты.

Рядовые немцы от души восхищались не только доступностью Гитлера, но и его нарочито простым образом жизни. Его вилла на первых порах не поражала роскошью. Она представляла собой обычный загородный дом в баварском стиле с кладкой из тесаного камня на первом этаже, деревянной верхней частью и круговой галереей. Позднее к нему была пристроена терраса.

Гитлер выбрал для своей обители северо-восточную сторону горы, потому что именно оттуда открывался изумительный вид на Зальцбургскую долину и заснеженные вершины Австрийских Альп. Неподалеку над пропастью парили коршуны и орлы, а с другой стороны горы отчетливо виднелись серебристые воды озера Кёнигсзее, где можно было купаться и плавать на парусной лодке.

Но у этой местности был один существенный недостаток. В сумерки дом накрывали огромные тени гор и сразу становилось очень холодно. Поэтому даже летом приходилось разжигать камин. Красноватые отблески дрожащего пламени магнитом притягивали к себе женщин. «Наши задницы уже на жаркое похожи», — шутливо заметила как-то Ева Браун.

Гитлер любил изображать из себя страстного защитника природы. Он тщательно следил за тем, чтобы при возведении даже небольшого строения не пострадало ни одно дерево, и приказал снести несколько домов, заслоняющих ему вид на не столь уж далекую родину. Он очень заботился о сохранности местной фауны, и Борман, чтобы угодить ему, запретил окрестным жителям держать кошек и собак. Гитлер также пожелал, чтобы одна из гор носила название Мольтке, так как ее очертания напоминали ему профиль знаменитого военачальника времен франко-прусской войны. Отвесная скала прямо напротив горы Кельштейн носила название Мавзолей, ибо Гитлер хотел, чтобы его похоронили именно в ней. В начале 1936 года Гитлер решил перестроить свое скромное имение. Теперь он располагал колоссальными финансовыми ресурсами и понимал, что ему — главе имперского кабинета министров — проводить дипломатические переговоры надлежит в соответствующей обстановке. Он стремился как можно реже бывать в Берлине, однако испытывал потребность в общении с большим количеством людей. Поэтому ему захотелось сделать их пребывание в глуши комфортным. Во всяком случае, именно такие аргументы он приводил Гессу и Борману. На самом деле он просто получил возможность претворить в жизнь заветную мечту своего детства. Но Гитлера нельзя сравнивать с Фридрихом Великим, построившим восхитительный дворец Сан-Суси. В душе он по-прежнему оставался неимущим мелким буржуа.

Осуществив свою мечту, Гитлер незамедлительно удалил из Берхтесгадена Анжелу Раубаль, даже не предоставив ей ради приличия хоть немного времени на сборы. С тех пор после своего поспешного отъезда из Берхтесгадена она больше практически не виделась с братом, провела остаток жизни в Вене и была вынуждена довольствоваться небольшой пенсией. Разумеется, она объявила себя жертвой интриг, но на самом деле сводный брат просто отплатил Анжеле за унижения, которым в свое время его подвергли сестра и ее муж. В конце концов Анжела Раубаль вышла замуж за дрезденского архитектора, погибшего на Восточном фронте.

Избавившись от мешавшей ему сводной сестры, Гитлер лично спроектировал спальню, будуар и ванну для Евы. Когда отделка новых помещений закончилась, он официально предложил Еве стать хозяйкой на его вилле в Оберзальцберге.

У Евы, правда, были ключи только от ее комнаты. Ее совершенно не интересовало, что происходит на кухне, она никогда не указывала обслуживающему персоналу, что ему надлежит делать, так как терпеть не могла заниматься домашним хозяйством. Эти заботы целиком легли на плечи Маргариты Митльштрассер, которая была по-собачьи предана Еве. Деринг и его жена решали все административные вопросы, одна из кухарок. Лили, раньше работала в «Остерии», другая, госпожа Шафлиц, превосходно готовила для Гитлера диетические блюда, и у Евы хватало ума не вмешиваться в их деятельность.

Во время проведения Гитлером оперативного совещания или совещания с участием видных партийных руководителей, при появлении каких-либо важных особ Ева должна была немедленно удалиться в свои апартаменты. Это в каком-то смысле ставило ее в довольно унизительное положение. Тем не менее все лица из ближайшего окружения Гитлера относились к ней с подчеркнутым уважением. Даже Борман боялся раздражать ее. В 1936–1945 годах она фактически, за редкими исключениями, не выезжала из «Бергхофа» и смогла настоять на том, чтобы Герда и Гретль в любое время могли приехать и поселиться рядом с ней. Кроме того, она регулярно приглашала к себе своих друзей и знакомых.

«Бергхоф» достаточно подробно описан во многих известных произведениях. До сих пор перед глазами стоит фотография двух эсэсовцев в касках, неподвижно, словно статуи, застывших возле наружной лестницы. Отметим только, что все строительные работы проводились под руководством берлинского архитектора профессора Роберта Фика с использованием таких дорогих материалов, как каррарский мрамор, богемский кирпич и изысканные породы деревьев. Разумеется, после их закупки и без того не слишком большие валютные резервы Германии сильно уменьшились. Сверстница Евы, секретарша Гитлера Траудль Юнге, следующим образом описывает свои впечатления от «Бергхофа»: «Моя комната находилась под самой крышей бывшего «Дома Вахенфельд». Из нее по винтовой лестнице можно было спуститься в застекленную прихожую, напротив которой располагался огромный салон с выложенным поразительно красивой зеленой плиткой камином. Столовая представляла собой вытянутый зал, посредине стоял длинный стол и 24 кресла. На облицованных панелями из соснового дерева стенах висели лампы в плафонах из кованого железа. Колоссальных размеров стенной шкаф и роскошные вазы несколько скрашивали довольно однообразный стиль обстановки.

В холле мне особенно нравились развешанные на стенах зеленые ковры. Ева Браун, всегда хотевшая произвести впечатление сведущей в искусстве женщины, говорила, что это настоящие гобелены.

Перед демонстрацией фильма ковры автоматически поднимались к потолку, сверху спускался экран, на противоположной стороне сдвигалась облицовка и из отверстия чуть-чуть высовывался объектив проектора. Холл был обставлен в готическом стиле. Про камин Ева сказала, что это подарок Муссолини.

На втором этаже, где жил фюрер, царила мертвая тишина. Меня всегда заставляли снимать туфли. Но как бы я ни старалась ступать бесшумно, лежавшие у дверей спальни Евы скотчтерьеры Штази и Негус при моем приближении тут же поднимали головы. Спальня их хозяйки соединялась со спальней Гитлера огромной туалетной комнатой с ванной из мрамора и позолоченными кранами. Комнаты напротив предназначались для шофера Гитлера и его камердинера».

Судя по фотографии, комната Евы была обставлена не слишком изысканно. На стене висела картина с изображением голой женщины. По слухам, ее писали с самой Евы. Напротив — портрет Гитлера. Рядом с кроватью на туалетном столике телефонный аппарат цвета слоновой кости.

В спальню Гитлера мало кто имел доступ, обстановка в ней была подчеркнуто скромная: шкаф в баварском стиле, небольшой столик и самая обычная кровать. Повсюду разбросаны книги. На широкий балкон имела право выходить только Ева. Утверждали, что Гитлер по ночам подолгу смотрит с этого балкона на звезды.

Траудль Юнге поведала автору, что в Берхтесгадене чувствовала себя довольно неуютно. «Там была какая-то гнетущая атмосфера. Нельзя было расслабиться. Нормально я себя чувствовала только в библиотеке на втором этаже. Она была обставлена в крестьянском стиле. Всем обитателям виллы разрешалось пользоваться книгами. Здесь имелось множество произведений мировой литературы, которые, по-моему, никто не читал, мемуары знаменитых и не очень путешественников, альбомы и, конечно же, великое множество переплетенных в сафьяновую кожу экземпляров «Майн Кампф».

Вначале земля в Берхтесгадене стоила довольно дешево. Когда же после назначения Гитлера рейхсканцлером цены на нее резко возросли, многие владельцы тамошних земельных участков, поначалу не скрывавшие своей антипатии к новому соседу, сразу резко изменили свое отношение к нему. Но ненадолго. Гитлеру не хотелось, чтобы кто-либо из посторонних нарушал его уединение. Он поручил Рудольфу Гессу позаботиться о докучливых соседях. Заместитель фюрера по руководству партией скупал на деньги из партийной кассы земельные угодья по ценам, назначаемым их хозяевами. Затем этим занялся Мартин Борман, который славился тем, что никогда не упускал своей выгоды. Угрожая судебным преследованием, он принуждал владельцев домов и земельных участков продавать их по заниженным ценам. Правда, услугами судей и судебных исполнителей он пользовался довольно редко, предпочитая расправляться с непокорными с помощью эсэсовцев. Они могли, к примеру, внезапно перекрыть вход в деревенский ресторан, в доме неожиданно погасал свет — в конце концов несговорчивому хозяину приходилось соглашаться на предлагаемые условия. Борман затем продавал участки, но уже по необычайно завышенным ценам высокопоставленным деятелям Третьего рейха. Подобно придворным Людовика XIV, они также хотели наслаждаться жизнью и обитать неподалеку от своего повелителя. Особенно внушительное впечатление производила вилла Геринга, но сам он появлялся там крайне редко. Геббельс, любивший изображать из себя бедного родственника, удовлетворился бывшим загородным домом четы Бехштейн. В его главном строении обычно жил Муссолини во время своего пребывания в Берхтесгадене. Борман выбрал себе виллу, внешне выглядевшую довольно скромно. Зато ее внутреннее убранство было весьма изысканным. Именно сюда перебиралась Ева Браун, если в «Бергхоф» прибывал какой-нибудь видный зарубежный государственный деятель. По соседству Борман приобрел крестьянский надел с сохранившимся вплоть до наших дней домом и снабжал «Бергхоф» молоком, маслом и овощами. По совету профессора Морелла он также разводил там шампиньоны, стоившие тогда баснословных денег. Морелл настоятельно рекомендовал Гитлеру грибную диету, но тот наотрез отказался из-за боязни отравления.

Жажда уединения отнюдь не помешала Гитлеру предоставить своим почитателям возможность за символическую плату — одна рейхсмарка в день — поселиться неподалеку от него в весьма комфортабельном отеле. Борману поручили восстановить «Платтерхоф». Несмотря на его почти безграничные возможности доставать дефицитные материалы, восстановительные работы сильно затянулись и не были завершены даже к началу войны. А провозглашенная высокая идея предоставить отель в распоряжение простых людей просто игнорировалась: в нем останавливались, помимо гауляйтеров и сотрудников аппарата НСДАП, только подруги Евы Браун. В конце войны в «Платтерхофе» открыли военный госпиталь. Американцы устроили там базу отдыха для своих военнослужащих с непременной площадкой для гольфа. Допуск же в него имели только офицеры и известные политики. Колесо истории вращается, но все, в сущности, остается по-прежнему…

Накануне Второй мировой войны попасть в Оберзальцберг без специального пропуска было практически невозможно. Виллу Гитлера с прилегающими строениями окружили метровой оградой из колючей проволоки и объявили запретной зоной. В дальнейшем колючая проволока опоясывала уже всю местность. Снаружи территорию охраняла местная полиция, внутри — сотрудники уголовной полиции и Имперской службы охраны под руководством генерала СС Раттенхубера. Позднее в Берхтесгадене построили просторные казармы для прибывшего из Берлина пресловутого военизированного формирования «Лейбштандарт Адольф Гитлер». Его регулярно сменяемые солдаты и офицеры носили нарукавные повязки с соответствующей надписью и по ночам с автоматами патрулировали местность. Им было дано указание при малейшем подозрении стрелять без предупреждения, а уже потом задавать вопросы. Они руководствовались зловещим призывом Бормана, во всеуслышание заявившего: «Министерский мундир еще не повод разгуливать здесь». Любопытно, что в пропуске Евы Браун было написано «секретарша», а ее сестры и подруги считались «гостями фюрера».

Чем хуже становилось положение на фронтах, тем сильнее ужесточался режим обеспечения безопасности. Были приняты поистине драконовские меры. Правда, для них имелись вполне определенные основания. Примерно за год до знаменитого покушения на Гитлера 20 июля 1944 года аналогичную попытку предприняли в окрестностях Берхтесгадена. На учениях при личном досмотре в ранце одного из солдат обнаружили бомбу. Борман, превративший Оберзальцберг в одну сплошную стройплощадку, был вынужден отослать обратно всех иностранных рабочих, которых одно время насчитывалось здесь не менее пятисот. Чехи, поляки, позднее украинцы, а на завершающей стадии итальянцы жили в ужасающих условиях и фактически не получали никакой платы.

Многие настойчиво убеждали автора в том, что на строительстве различных объектов в Оберзальцберге никогда не использовался труд узников концлагерей. Волею случая автор еще во время войны убедился в обратном. В декабре 1944 года его везли под конвоем после многочасового допроса в Вене обратно в Дахау в купе обычного пассажирского поезда, который из-за внезапного воздушного налета вынужден был остановиться неподалеку от Берхтесгадена. Ранее они проехали горящий Мюнхен с заваленными трупами улицами, и потрясенная увиденным попутчица во время вынужденной остановки внезапно разговорилась. Она доверительно сообщила, что ее муж служит в СС и что их часть дислоцирована в Оберзальцберге. «Там много заключенных из концлагерей. Им приходится проводить взрывные работы для прокладки туннелей в скалах и возводить фундамент. А СС для того, чтобы внушать страх заключенным и иностранным рабочим. Они ведь беспощадны к тем, кто опаздывает или работает с ленцой. За малейшие упущения тут же отправляют обратно в концлагерь». Она рассказала также, что часто видела Еву Браун. «Она одевается, как дама из высшего света. Но в горах это выглядит довольно смешно. С нами она редко разговаривала и вообще держалась очень надменно. Мы прозвали ее Веселой вдовой».

Эсэсовцы жили в Оберзальцберге в весьма комфортабельных условиях. Продукты, напитки и табачные изделия только формально выдавались по карточкам. На самом деле их потребление никак не ограничивалось. В распоряжении эсэсовцев были весьма комфортабельные общежития, спортивные площадки и даже детский сад. Гитлер позаботился буквально обо всем. Но ему даже в голову не пришло создать в Оберзальцберге территориальное отделение НСДАП.


Примечания:



3

Бальдур фон Ширах — до 1941 года руководитель Германского Союза молодежи, известного также под названием «Гитлерюгенд», в 1941–1945 годах — наместник в Австрии. На Нюрнбергском процессе приговорен к двадцати годам лишения свободы.



36

«Берг» («Berg») — по-немецки «гора».



37

Герман Эссер занимал второстепенный пост вице-президента рейхстага.







 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх