ЗАГАДОЧНЫЕ ОПЕРАЦИИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ

О боевой деятельности германского флота в Советской Арктике написано не так уж мало, но пока невсе разгадано. Подробно описаны героическая гибель ледокольного парохода «Александр Сибиряков», сторожевого корабля «Бриллиант» и тральщика Т-120, атакже отражение набега немецкого тяжелого крейсера «Адмирал Шеер» на порт Диксон. Вскользь упоминается о переходе германского вспомогательного крейсера «Комет» по Северному морскому пути с запада на восток и о действиях подводных лодок противника в Карском море. Центральное место во всех исторических повествованиях занимает операция «Вундерланд» — единственная операция германского флота в Советской Арктике. Проведению операции предшествовали события 1939–1940 гг., без которых германское командование вряд ли направило бы крейсер и подводные лодки в Карское море.

28 сентября 1939 г. появился договор о дружбе и сотрудничестве между Советским Союзом и Германией, подписанный Молотовым и Риббентропом. В договоре затрагивалась и северная проблема. На первом этапе Второй мировой войны перед германским флотом стояла задача первостепенной важности — осуществление морской блокады Великобритании. Германский флот не имел военно-морских баз с выходами непосредственно в Атлантику. Военно-морские базы кригсмарине, расположенные в Северном и Балтийском морях, контролировались британским флотом. Чтобы выйти в Атлантику, немецким рейдерам и субмаринам следовало преодолеть мощные рубежи, созданные англичанами впроливе Ла-Манш, на выходах из Северного моря, вДатском проливе и на Фареро-Исландском рубеже. Поэтому немцы попросили у Сталина предоставить им пункт базирования в Кольском заливе, в Мурманске. Почти всю осень у причалов этого порта простоял их лайнер «Бремен». За это время немецкие моряки собрали полную информацию о Мурманске. Попытки сотрудников НКВД пресечь их действия ни к чему не привели. Москва запретила ограничивать действия «гостей», считая их своими союзниками.

Одновременно советское правительство считало, что длительное пребывание германских боевых кораблей в Мурманске станет известно мировой общественности и может вызвать акции протеста, особенно состороны англичан. Немцам предложили перебазироваться в Териберку, они отказались, но согласились расположиться в Западной Лице.

Секретный объект получил кодовое название «Порт Норд» (или «База Норд»). В короткие сроки в ЗападнойЛице немцы построили причалы, возвели на берегу бараки и, возможно, выставили оборонительное минное заграждение. Но с захватом Норвегии (в апреле—июне1940 г.) необходимость в этой базе отпала: немцы получили удобные базы в Скандинавии, позволявшие их подводным лодкам развертываться прямо в Атлантику.

Следующий этап деятельности германского флота в Арктике связан с переходом их вспомогательного крейсера «Комет» по Северному морскому пути с запада на восток. Ранее об этом переходе говорили, как о какой-тослучайности: будто бы у крейсера были только два варианта: либо с большим риском прорываться через Датский пролив в Атлантику, либо пройти Северным морским путем в Тихий океан и, совершив кругосветноеплавание, возвратиться в Германию. Якобы остановились на втором варианте. Фактически все было решено заранее. По согласованию с советским правительством, немецкий вспомогательный крейсер включили в следовавший на Дальний Восток конвой. «Комет» направлялся в Тихий и Индийский океаны для нарушения британских коммуникаций. Перед командиром крейсера стояла задача попутно провести разведку Советской Арктики и собрать по возможности материалы о ледовом режиме, навигационном оборудованиитеатра военных действий и т. д. Об этом переходе даже не проинформировали наркома Военно-морского флота Н. Г. Кузнецова. Он узнал о «Комете» тогда, когдатот в составе советского конвоя подошел к проливу Вилькицкого. Правда, после обращения Кузнецова кСталину и претензий, предъявленных англичанами, вМоскве изобразили попытку возвращения немецкого рейдера, не более! 

Чтобы снять ответственность с советского руководства, Эйссен сделал следующее заявление (оно передавалось по радио в Германии и публиковалось во всех центральных немецких и советских газетах):

«Руководителю морских операций в Восточном секторе Арктики капитану Мелехову.

Я, капитан цур зее германских военно-морских сил Р. Эйссен, капитан немецкого парохода («Комет» был замаскирован под пароход. — В. Д.), который на основании соглашения с советским правительством проведен в навигацию 1940 года с запада на восток Северным морским путем, заявляю:

1) Меня устно поставили в известность об указании Папанина (И. Д. Папанин был уполномоченным Государственного комитета обороны по перевозкам на Севере. — В. Д.) отвести мой корабль обратно на запад в связи с тем, что в Беринговом проливе появились иностранные корабли, которые могут заметить мой корабль.

2) Мною получено от вас сообщение о появлении японской китобойной флотилии в районе мыса Сердце- Камень и о том, что в районе острова Врангеля замечен боевой корабль.

3) Все эти данные доведены до моего сведения, но я считаю, что вышеупомянутые корабли не представляют для меня никакой опасности. Я располагаю всеми средствами, чтобы незаметно покинуть советские воды.

4) Поскольку я располагаю полномочиями из Берлина действовать на месте по собственному усмотрению независимо от содержания приказов из Берлина или Москвы, я с 23.00 (московское время) 2 сентября 1940 года следую восточным курсом самостоятельно, причем ответственность за все возможные последствия принимаю на себя.

5) Вопреки всем вашим протестам я категорически отказываюсь ждать дальнейших указаний и настаиваю на том, чтобы лоцманы Сергиевский и Карельский (капитан Д. Н. Сергиевский и его помощник А. Г. Карельский прибыли на борт «Комета» 14 августа 1940 г. — В. Д.), задачу которых я считаю выполненной, были сняты с корабля. В противном случае я высажу их на землю там, где они пожелают.

6) Я не имею никаких претензий в части проводки моего корабля, который в настоящее время находится на 70 градусов 9 минут северной широты и 169 градусов 53 минуты восточной долготы. Напротив, я хотел бы подчеркнуть, что все мои просьбы исполнялись и во всех вопросах, связанных с проводкой, мне шли навстречу, за что я выражаю свою благодарность и признательность.

Командир корабля капитан цур зее Роберт Эйссен.

Чаунская губа, 2 сентября 1940 года».

Это заявление А. П. Мелехов получил утром 3 сентября. Я не исключаю такой возможности, что сочинителями документа являлись советские военачальники. Об этом свидетельствуют как стиль изложения, так иакцент на своих самостоятельных действиях без содействия советской стороны. Немецкие морские офицеры, с которыми мне удалось посоветоваться, разделили мою точку зрения. Тем не менее эта разгадка еще нуждается в уточнении. 

Это была хорошо спланированная акция, а не случайность, что подтверждается многими фактами. Командир «Комета» капитан 1 ранга Р. Эйссен оказался на рейдере не случайно: он знал Север по Первой мировой войне, во время которой на вспомогательном крейсере «Метеор» участвовал в постановке мин в Горле Белого моря. В 30-е гг., будучи командиром «Метеора», Эйссен занимался гидрологическими работами в северной Атлантике, в том числе в районахГренландии и Исландии.

В ночь с 5 на 6 сентября 1940 г. «Комет» прошел Берингов пролив. Действуя на коммуникациях Тихого и Индийского океанов, он потопил 9 судов и только вноябре 1941 г. возвратился в Германию. Спустя год этот корабль был потоплен в Ла-Манше английскими торпедными катерами.

Теперь об операции «Вундерланд» («Страна чудес»).

18 июня 1942 г. нарком Военно-морского флота Н. Г. Кузнецов подписал приказ № 00192 о передаче ряда кораблей из состава Тихоокеанского флота в состав Северного.

15 июля из Владивостока вышла группа кораблей Экспедиции особого назначения (ЭОН-18), состоявшаяиз лидера «Баку» и эсминцев «Разумный», «Разъяренный» и «Ревностный» (после навигационной авариивозвращен обратно). Лидером командовал капитан3 ранга Б. П. Беляев, эсминцем «Разумный» — капитан- лейтенант В. В. Федоров, эсминцем «Разъяренный» — капитан-лейтенант Н. И. Никольский. На кораблях следовали ледовые лоцманы капитан 3 ранга В. И. Воронин и лейтенант Г. А. Калинич. Командовал экспедицией капитан 1 ранга В. Н. Обухов.

Перед выходом корабли прошли докование, имели так называемую ледовую защиту, ледовые винты, подкрепленные водонепроницаемые переборки и т. д. Подготовка была тщательной, однако плавание началось с неприятностей. 18 июля в 19 часов эсминец «Ревностный» (командир капитан 3 ранга В. К. Никифоров) на реке Амур столкнулся с транспортом «Терней»: его носовую часть свернуло до 12-го шпангоута. Поврежденный корабль возвратился обратно.

Японская разведка проинформировала немецкое командование о выходе советских кораблей, началось планирование операции «Вундерланд». Предполагалось провести ее с 10 по 31 августа и задействовать для этого тяжелый крейсер «Адмирал Шеер» (командир капитан 1 ранга Меендсен-Болькен) и 5 подводных лодок. Кроме уничтожения кораблей ЭОН-18, немецкомукрейсеру следовало обстрелять порты Диксон и Амдерма, двум подводным лодкам — вести разведку винтересах крейсера в Карском море, а трем — прикрывать крейсер со стороны Баренцева моря. Немецкой авиации предписывалось нанести три массированных удара по Мурманску.

Операция началась 10 августа с выходом подводных лодок в назначенные районы, а 16 августа из Нарвика вышел тяжелый крейсер «Адмирал Шеер». 

Приведу хронику этой операции.

17 августа — в 7 часов утра немецкая подводная лодка U-209 обстреляла буксиры «Норд», «Комсомолец», «Комилес» (неисправный) и 2 баржи, следовавшие из пролива Югорский Шар в район острова Матвеев. Обе баржи и буксир «Комилес» были потоплены, а поврежденный буксир «Комсомолец» выбросился на берег. Погибли более 300 человек.

18 августа — в районе губы Белушья 2 немецкие подводные лодки вели артиллерийский бой с тральщиками Т-855 и Т-904.

19 августа — в районе губы Белушья тральщики ТЩ-58 и ТЩ-39 обстреляли немецкую подводную лодку U-209. «Адмирал Шеер» подошел к мысу Желания.

20 августа — в районе губы Белушья 2 немецкие подводные лодки вели артиллерийский бой с тральщиками Т-855 и Т-904.

21 августа — на переходе из Маточкина Шара в губу Белушья немецкая подводная лодка U-456 выполнила безрезультатную торпедную атаку по сторожевому кораблю «Федор Литке» и тральщику ТЩ-57. С крейсера «Адмирал Шеер» в районе острова Кравкова обнаружили караван судов в составе ледоколов «Красин» и «Ленин», ледокольного парохода «Седов», 8 транспортов и танкера, но из-за тяжелой ледовой обстановкисблизиться с ними не смогли.

23 августа — к северо-западному побережью Новой Земли направлен немецкий минный заградитель «Ульм» (на борту имел 260 мин). Немецкая подводная лодка уострова Митюшева обстреляла стоявший на якоре мотобот «Чайка», а затем увела его на буксире в море (безэкипажа), где судно было затоплено.

24 августа — немецкая авиация нанесла первый массированный удар по Мурманску. На подходах к Диксону немецкая подводная лодка U-601 потопила торпедами транспорт «Куйбышев» (погиб весь экипаж судна). С полярной станции на острове Гейберга обнаружили немецкий самолет-разведчик с «Адмирала Шеер». В ночь с 24 на 25 августа самолет-разведчик с немецкого корабля разбился при посадке.

25 августа — в 5 часов 35 минут «Адмирал Шеер» обстрелял радиостанцию на мысе Желания. Немецкая подводная лодка U-255 тоже обстреляла эту радиостанцию. Командиру ЭОН-18 передали информацию о рейдерстве немецкого крейсера в Карском море. «Адмиралом Шеером» потоплен ледокольный пароход «Александр Сибиряков». Неравный бой продолжался с

13 часов 47 минут до 14 часов 5 минут, захвачены вплен 18 членов экипажа. Капитан парохода «Александр Сибиряков» старший лейтенант А. А. Качарава сообщил на Диксон о встрече с немецким кораблем. 

26 августа — начальник штаба Беломорской флотилии донес начальнику штаба Северного флота о принятых мерах по противодействию противнику в районе Карского моря (о ведении воздушной разведки, отправке подводных лодок к мысу Желания и в пролив Карские Ворота, о перебазировании на арктические аэродромыударной авиации). В 150 милях к юго-востоку от острова Медвежий тремя английскими миноносцами потоплен немецкий минный заградитель «Ульм». Главнокомандующий военно-морскими силами Германии адмирал Редер доложил Гитлеру о проведении операции «Вундерланд».

27 августа — в район Новой Земли направлены 4 английских корвета. «Адмирал Шеер» вел обстрел порта Диксон.

28 августа — второй массированный налет немецкой авиации на Мурманск. У западного входа в пролив Маточкин Шар немецкая подводная лодка U-589 выставила

16 неконтактных мин (11 октября на этих минах подорвался и затонул СКР-23 «Муссон»). Немецкая подводная лодка обстреляла радиостанцию Ходовариха (Печорское море).

29 августа — «Адмирал Шеер» покинул Карское море.

30 августа — «Адмирал Шеер» возвратился в Нарвик.

31 августа — третий массированный налет немецкой авиации на Мурманск.

О событиях августа 1942 г. рассказано во многих трудах. Нас же больше интересует бой у Диксона, таккак одна из загадок операции «Вундерланд» кроется именно здесь. В официальном издании Военно-морского флота «Боевая летопись Военно-морского флота. 1941–1942» об этом бое говорится следующее: «27 августа в 1 час 5 минут наблюдательный пост на острове Диксон заметил корабль противника. В порту была объявлена боевая тревога. Сторожевой корабль “Дежнев” отошел от причала и поставил дымовую завесу, чтобы прикрыть транспорты в порту. В 1 час 30 минут тяжелый крейсер “Адмирал Шеер” подошел к Диксону с юга и с дистанции 32 кабельтовых открыл огонь по судам, стоявшим в гавани. Батарея 152-мм орудий под командованием лейтенанта Н. М. Корнякова с причала и сторожевой корабль “Дежнев” из четырех 76-мм орудий открыли ответный огонь. “Дежнев” получил четыре прямых попадания, но продолжал вести бой, хотя потерял 7 человек убитыми и 21 ранеными. Несмотря на тяжелые ранения, помощник командира старший лейтенант С. А. Кротов (Кротов в бою командовал кораблем. Командир корабля капитан-лейтенант А. С. Гидулянов, находившийся на рекогносцировке, прибыл на корабль к концу боя), дальномерщик краснофлотец Л. А. Кацман, пулеметчик старший краснофлотец Г. Г. Тонунц, старшина 1-й статьи П. А. Васенин не покинули свои посты. Получив несколько прямых попаданий, рейдер в 1 час 50 минут прекратил обстрел и, прикрываясь дымовой завесой, отошел. Вторая атака рейдера также была отбита. В 3 часа 5 минут рейдер ушел от Диксона». В некоторых изданиях указано, что во время второго обстрела в крейсер «Адмирал Шеер» попал третий снаряд 152-мм калибра.

А вот как описывает это событие очевидец — уполномоченный Государственного комитета обороны по перевозкам на Севере Е. М. Сузюмов: «27 августа, пользуясь утренним туманом, рейдер по-воровски подкрался к Диксону, вошел на внешний рейд и открыл орудийный огонь по порту, мирному поселку, полярной станции. Это нападение не застало жителей острова врасплох. Линкор был вовремя замечен с наблюдательного пункта Нового Диксона, и когда он несколько минут спустя появился перед проливом Вега, ведущим во внутреннюю бухту, и открыл огонь, на острове уже подготовились к обороне.

Неожиданно для экипажа фашистского линкора с берега ударила шестидюймовая пушка. Снятая с береговой батареи и подготовленная к отправке на Новую Землю, она стояла на причале.

Старший лейтенант Корняков с помощью краснофлотцев развернул ее и открыл огонь по фашистскому линкору (тяжелому крейсеру. — В. Д.). 

Когда на палубе “Адмирала Шеера” разорвалось несколько снарядов, выпущенных из орудия Корнякова, гитлеровцам пришлось отменить высадку десанта. Рейдер развернулся и поспешно стал уходить на север».

В чем же состоит загадка? Никто и никогда не задавал вопрос: было ли попадание снарядов в немецкий крейсер? Ответ на этот вопрос был получен совершенно неожиданно. В послевоенные годы профессор Военно-морской академии капитан 1 ранга К. В. Пензин читал лекцию офицерам Военно-морского флота Германской Демократической Республики. Он рассказывал о защите Арктических коммуникаций, подробно разбирая операцию «Вундерланд», о потоплении парохода «Александр Сибиряков» и о бое у Диксона. К великому удивлению преподавателя, среди слушателей академии оказался участник тех событий — немецкий офицер, в годы войны служивший матросом на тяжелом крейсере «Адмирал Шеер» (Пензин его фамилию забыл). Офицер хорошо помнилпоход в Карское море, поэтому в деталях рассказалобо всем и сообщил, что никаких повреждений ни вбою с «Александром Сибиряковым», ни у острова Диксон «Адмирал Шеер» не получал. Когда по крейсеру открыла огонь береговая батарея, немцы поставилидымовую завесу и вышли из зоны обстрела. Увидеть с берега попадание снарядов в крейсер не могли: была плохая видимость. Решили, что если крейсер покинулрайон, значит, получил повреждения. О повреждениикрейсера говорили и пленные моряки с ледокольного парохода «Александр Сибиряков»: они находились в душевой комнате крейсера и ощутили несколько сильных сотрясений корпуса (крейсер имел на вооружении6 280-мм, 8 150-мм и 6 105-мм орудий), чувствовализапах дыма и слышали, как немцы кричали: «Огонь! Огонь!». Бывший матрос кригсмарине пояснил, чтокорпус сотрясался от залпов собственных орудий, адым распространился по кораблю от дымовых шашек, поскольку ветер дул в корму, а шашки поджигали укормового среза. Выкрикивая: «Огонь! Огонь!», бежавшие по коридору немецкие матросы выражали ликование, ощущая мощь своих орудий. Документов о полученных повреждениях крейсера в немецких архивах нет; корабль после этого похода не ремонтировали. Ведь остаться незамеченными три прямых попадания 152-мм снарядов, конечно, не могли! Вывод один — крейсер вышел из боя неповрежденным.

А как же Экспедиция особого назначения? Во время боя с ледокольным пароходом «Александр Сибиряков» корабли, за которыми охотился «Адмирал Шеер», находились почти рядом. По свидетельствам очевидцев, на них слышали выстрелы и даже видели орудийные вспышки, но дымка надежно маскировала конвой. 13 октября лидер «Баку» и эсминцы «Разумный» и «Разъяренный» вошли в Кольский залив. За 3 месяца они прошли 7360 миль.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх