Глава 6

Прибытие в Лаций

Лаций – название древней области Италии, лежащей к югу от Тибра. Когда Эней прибыл туда, там было независимое царство, и правил в нем царь, которого звали Латин.

Местность вдоль берегов Тибра, где впоследствии возник город Рим, была в те времена весьма дикой и живописной. Население ее составляли пастухи и землепашцы, и ничто не указывало на возможность создания в этом месте города. Люди, населявшие Лаций, были в основном мирными гражданами, но под началом царя было весьма значительное войско. Обитатели этой земли были греками по происхождению, они привезли с собой с родины существовавшие там в то время искусства и ремесла. Для письма, насколько оно было развито в те древние времена, они использовали алфавит Кадма. Они умели делать оружие, простейшие музыкальные инструменты, известные в то время, и строить дома из дерева или камня. Они могли также сооружать крепости для обороны.

Эней завел свои корабли в устье Тибра и поставил их там на якорь. Он и его спутники были утомлены долгими скитаниями; они надеялись, что теперь, наконец, сходят на землю, где им суждено обрести постоянное жилище. Количество кораблей и людей в экспедиции в начале пути было весьма велико, но оно значительно сократилось из-за различных несчастий и стычек, неизбежных в такого рода предприятиях; оставшиеся истосковались по спокойной жизни. Часть кораблей загорелась и затонула, стоя на якоре на Тибре, почти сразу после прибытия. Считается, что их подожгли жены и матери, принимавшие участие в экспедиции, которые хотели помешать флоту снова выйти в море.

Эней и сам очень хотел сделать это чудесное место, открывшееся его взору, своим новым домом. Эта земля была в высшей степени соблазнительной во всех отношениях. Путешественники видели вокруг себя равнины с разбросанными на них небольшими холмами, цветы и деревья, буйная зелень которых была особенно отрадна для глаз, утомленных однообразным зрелищем морских волн. Вдалеке горизонт замыкали синие горы чудесной красоты, и легкая дымка покрывала весь пейзаж, окутывая его мягким светом, свойственным итальянскому небу.

Как только высадка завершилась, в подходящем месте на берегу был разбит лагерь и построены элементарные защитные сооружения, которые, в случае нападения, помогли бы обороняющимся. Эней отправил часть своих людей на лодках разведать сеть каналов и проходов, которые образовывали устье реки и могли быть полезны, если бы пришлось снова спасаться на море от какой-либо опасности. Другая группа занялась возведением алтарей и подготовкой к церемонии жертвоприношения, с помощью которой Эней хотел умилостивить местных богов и вдохнуть в своих спутников веру и надежду. Не откладывая, он отправил небольшой отряд для обследования местности и налаживания контактов с местным населением.

Предполагалось, что отряд разведчиков пойдет вдоль берегов реки, чтобы исследовать прилегающие поля и равнины. Разведчики выяснили, что местность повсюду зеленая и плодородная и по ней разбросаны небольшие города и поселки. Они узнали имя царя и название города, который он сделал своей столицей. В это время царь Латин также получил известие о прибытии чужестранцев. В первый момент он хотел немедленно напасть на них со всеми своими силами и прогнать прочь от своих берегов. Однако дальнейшее расследование показало, что они находятся в бедственном положении, а по описанию их одежд и поведения царь сделал вывод, что они – греки. Эта мысль встревожила его, так как во всем мире греки считались очень сильными противниками. Но они вызвали у него не только страх, но и жалость и сострадание, поэтому он не определил свою политику по отношению к пришельцам.


Карта Лация


Эней тогда решил послать посольство к Латину, чтобы объяснить ему обстоятельства, вынудившие их высадиться на побережье Италии. Он выбрал несколько человек, которые должны были отправиться к Латину в качестве послов, дал им указания, что они должны сказать царю, и отправил ему много богатых даров. Царю послали богато украшенные доспехи, золотые и серебряные сосуды, вышитые одежды и другие предметы роскоши, которые в те времена использовались в подобных обстоятельствах для подношений. Когда все было готово, посольство отправилось к Латину в столицу.

Когда город показался вдали, они увидели, что он довольно велик, обнесен со всех сторон стеной, за которой над крышами домов возвышались башни и зубчатые стены. Многие жители были в это время за городскими воротами, где они играли в спортивные игры или занимались гимнастическими упражнениями. Некоторые правили колесницами, бешено несущимися по большому кругу, очерченному на земле. Другие практиковались в искусстве верховой езды или состязались в скачках. Кто-то тренировался в бросании копья или метании стрел. Убедившись, что их заметили, послы остановились и стали ждать, пока разведка не донесет монарху об их прибытии.

Латин сразу согласился принять послов, и их провели в город. Их впустили в ворота и довольно долго вели по улицам, пока, наконец, они не пришли к большому общественному зданию, которое, как им показалось, одновременно служило дворцом, местом заседания сената и крепостью. На аллеях, которые вели к этому зданию, стояли статуи прославленных воинов прошлого и воинственные украшения. Всюду были трофеи былых побед: оружие, колесницы, носы боевых кораблей, шлемы, запоры ворот покоренных городов; все старое и теперь бесполезное, но бережно хранимое в память о победах и геройстве. Миновав трофеи, стоявшие или висевшие в залах и вестибюлях дворца, троянское посольство проводили в зал, где их принял царь Латин.

Здесь после обычных церемоний представления они передали ему послание Энея. По их словам, у них не было враждебных намерений по отношению к жителям Лация. Они были вынуждены покинуть свой дом, потому что на их голову одно за другим обрушивались ужасные несчастья, довершением которых стало разрушение их родного города. С тех пор их бросало из края в край по милости волн и ветров; нет таких тягот и бедствий, которые они бы не испытали. Их высадка во владениях Латина была определена предсказанием свыше. Следуя ему, они плыли к берегам Италии и устью Тибра, где высадились. Теперь их предводитель Эней просит, чтобы царь позволил им мирно поселиться на этой земле, выделив часть территории, и позволил построить город.

Внешность и речи послов произвели на царя Латина благоприятное впечатление. Он благожелательно принял подарки и был, судя по всему, очень ими доволен. По-видимому, до него уже дошли слухи о падении Трои и отплытии Энея и его эскадры: ведь экспедиция уже давно скиталась по берегам Средиземного моря; с того времени, как они покинули родные края, прошло уже несколько лет. Одним словом, Латин решил принять предложения послов и заключил с Энеем договор о дружбе и союзничестве. Он назначил место, где они могли построить новый город, и ситуация разрешилась к всеобщему удовлетворению.

Существовало обстоятельство, оказавшее существенное влияние на установление дружеских отношений между Латином и троянцами: в то время, когда Эней прибыл в Лаций, Латин воевал с рутулами – народом, населявшим землю к югу от Лация вплоть до берега моря. Латин полагал, что, подружившись с троянцами, он сможет приобрести союзников для этой войны. Эней не возражал, и было достигнуто соглашение, что в благодарность за дружеский прием и разрешение поселиться в Лации троянцы будут оказывать хозяевам помощь в защите страны, особенно в войне, которая ведется в настоящее время.

Спустя небольшое время между Энеем и Латином сложился еще более тесный союз, который привел к тому, что Эней стал наследником трона Латина. У Латина была дочь, которую звали Лавиния. Она была его единственным ребенком и отличалась необыкновенной красотой и другими достоинствами. Ее мать и жену царя звали Амата. Амата хотела, чтобы мужем ее дочери стал Турн – многообещающий юноша царского рода, выросший при дворе Латина. Турн приходился Амате дальним родственником, и царица надеялась, что, женившись на Лавинии, он унаследует царство Латина. Сам Латин в этих планах не участвовал, и, когда его переговоры с Энеем подошли к концу, он счел нужным предложить свою дочь Энею в жены, чтобы еще прочнее скрепить сложившийся союз. Эней с радостью принял это предложение. Что думала о предстоящем браке сама Лавиния, неизвестно, – в такой ситуации ее желания ни на что не влияли. План был приведен в исполнение, и начались приготовления к свадьбе. Когда Турн узнал, что его обошли, он оставил двор Латина и в ярости покинул страну.

Казалось, что несчастьям Энея и его спутников настал конец. Они счастливо обосновались в плодородной местности, окруженные могущественными друзьями. По всем признакам их ожидал долгий период мира и созидания. Они с жаром принялись за строительство нового города. Эней хотел назвать его Троей в память о погибшей родине, но приближалась свадьба с Лавинией, и он изменил решение, в честь невесты назвав свою столицу Лавиниумом.

Территория, выделенная Латином троянцам, располагалась в юго-западной части Лация и была на границе с землей рутулов. Турн, горя на царя обидой за то, что тот отдал руку Лавинии его сопернику, покинул двор и отправился к рутулам, намереваясь присоединиться к ним в сражениях против Латина. Они сделали его своим вождем, и вскоре он во главе огромного войска пересек границу Лация и направился к новому городу Лавиниуму. Энею снова грозила ужасная опасность.

Но это было еще не все. Незадолго до начала войны с Турном вследствие необычайного стечения обстоятельств жители Лация отвернулись от новых союзников и оставили Энея одного в его противоборстве с Турном и рутулами. Естественно предположить, что простые люди Лация отнеслись к союзу между Латином и Энеем не слишком благосклонно. Не приходится удивляться тому, что они с ревностью и недоверием смотрели на горстку чужестранцев, которым был оказан теплый прием. Неожиданное согласие царя на раздел страны вполне можно было счесть своенравным капризом. Эту ревность и недоверие они до поры до времени скрывали; сдерживаемая ненависть крепла и набирала силу, пока не произошло событие, вызвавшее вспышку безотчетной ярости.

В Лациуме жил человек по имени Тирр, который был начальником царских пастухов. Он жил в своем жилище во владениях Латина и заботился о принадлежащих царю стадах. У него было двое сыновей и дочь. Однажды мальчики нашли в лесу олененка, принесли его домой и выкормили молоком, поэтому он вырос совсем ручным. Он не боялся людей и позволял гладить себя руками. Олень был любимцем всей семьи. Сильвия особенно любила его и все время играла с ним. Она купала его в источнике и чесала ему шерсть, украшала его рога венками, гирляндами цветов и другими дарами леса.

Однажды Асканий, сын Энея, который к тому времени был уже пылким юношей, полным сил и энергии, возвращался с охоты и проходил мимо места, где жили пастухи. Аскания сопровождала свора собак, в руках у него был лук со стрелами. Когда он проходил рядом с рощей у ручья, собаки внезапно почуяли оленя. Доверчивое животное, не подозревая об опасности, вышло к ручью на водопой. Собаки немедленно погнались за ним. Асканий помчался следом, на бегу вытаскивая стрелу из колчана и натягивая лук. Едва завидев оленя, он выпустил стрелу. Стрела попала бедному беглецу в бок и нанесла ужасную рану. Однако олень не упал. Раненный, он прибежал домой, ища защиты у Сильвии, забежал в свое стойло и, истекая кровью, оглашал весь дом жалобными воплями и стонами.

Как только Тирр, отец Сильвии, и двое ее братьев узнали, кто скуки ради нанес их любимцу смертельную рану, их сердца наполнились гневом и яростью. Они подняли соседних крестьян, которые охотно подхватили дух отмщения Тирра и его сыновей. Вооружившись дубинами, топорами и кольями, они спешили покарать иноземных пришельцев за их невероятную дерзость.


Олень Сильвии


В то же время троянская молодежь, получив известия о случившемся, начала быстро собираться на защиту Аскания. Обе стороны были крайне возбуждены и не желали уступать. Прежде чем более зрелые и рассудительные вожди успели вмешаться, началась кровавая схватка. Одним из первых был убит один из сыновей Тирра – Альмон. Стрела попала ему в горло, он сразу упал и умер. Он был совсем еще мальчик, не достигший зрелых лет, и его внезапная и преждевременная гибель сильно распалила бушующие страсти. Еще один человек был убит. Наконец схватка закончилась, но гнев и возмущение крестьян достигли крайнего предела. Они всей толпой двинулись в город, неся с собой два мертвых тела, чтобы показать их Латину и потребовать от него, чтобы он немедленно начал войну с троянскими пришельцами и вышвырнул их в море, откуда они пришли.

Латину было очень нелегко противостоять буйству толпы. Некоторое время он оставался тверд и делал все, что было в его силах, чтобы успокоить сограждан, но напрасно. Общественное мнение было бесповоротно против троянцев, и Эней вскоре оказался заперт в своем городе, окружен врагами и предоставлен своей судьбе. Его врагов возглавил Турн.

Эней, однако, не отчаивался. Он с несколькими соратниками отправился в соседние царства, чтобы заручиться поддержкой их владык. Соседние страны ревниво следят друг за другом и почти всегда с готовностью соглашаются принять сторону тех, кто готовится пойти войной на их соперников. Эней нашел несколько италийских царей, которые согласились ему помочь, и вернулся в лагерь со значительным подкреплением, а также обещаниями прислать новые. Вскоре началась война, которая велась с большим ожесточением и шла с переменным успехом.

Латин, который к тому времени дожил до преклонных лет, уже не жаждал военной славы, а кроме того, чувствовал, что интересы его семьи неразрывно связаны с Энеем и Лавинией. Царь смотрел на развитие событий с большим волнением и беспокойством. Он знал, что в тот момент он не в силах прекратить войну, поэтому предоставил событиям следовать своим ходом и терпеливо ждал, когда ему представится случай вмешаться и остановить кровопролитие.

Такой случай действительно представился: по прошествии некоторого времени с начала войны выяснилось, что, несмотря на неблагоприятные условия, в которых оказались троянцы, они скорее приобретали, чем теряли территорию. Действительно, в их положении были преимущества. Они жили компактно в одном месте, а малозащищенные поселения их врагов были разбросаны по обширным пространствам страны. У них не было стад и другой собственности, которую враг мог бы отнять, а рутулы и латиняне владели большими материальными ценностями: богатствами городов и провиантом сельских районов. Совершив удачный набег, троянцы вместе с радостью победы получали богатую добычу; а латиняне, победив, не получали ничего, кроме морального удовлетворения. Кроме того, троянцы были закаленными, выносливыми и отчаянными. У них был только один выбор: победа или смерть. Долгие скитания, перенесенные ими страдания и бедствия привили им привычку к труду и лишениям, поэтому они оказались для латинян и рутулов очень упорными и грозными противниками.

В конце концов, как обычно бывает в подобных случаях, постепенно стали появляться признаки того, что обе стороны устали от борьбы. Латин воспользовался благоприятным случаем, чтобы предложить послать к Энею послов с условиями мирного договора. Турн был очень недоволен такими планами. Он от всей души желал продолжить войну. Другие вожди латинян упрекали его в том, что, будучи главным зачинщиком войны, принесшей несчастья для латинян, он без всяких оснований стремится продлить страдания несчастной страны, лишь бы насытить свою жажду мести. Турн не вправе больше просить, чтобы другие сражались за его обиды; он должен решить спор между собой и Энеем, вызвав его на поединок.

Латин отнесся к этому предложению неодобрительно. Он устал от кровопролития и желал, чтобы с войной было покончено сразу и навсегда. Поэтому он требовал, чтобы незамедлительно был заключен мир с Энеем, а его первоначальный план – отдать Лавинию в жены троянцу – был приведен в исполнение. Несколько мгновений Турн колебался, но, посмотрев на взволнованную Лавинию, которая вместе с матерью Аматой присутствовала на этом совете, принял ее смятение за знак любви и желание выйти замуж за него, а не за Энея.

Поэтому он, отбросив всякие сомнения, согласился на поединок. Вызов на поединок был дан и принят. В назначенный день было выбрано место для дуэли, и обе армии собрались на поле, чтобы наблюдать за схваткой. Но герои недолго бились вдвоем. Остальные потихоньку втягивались в сражение, и вскоре дуэль переросла во всеобщую битву. Эней и троянцы победили, а Латин и Турн были убиты. Так закончилась война. Эней женился на Лавинии и с тех пор стал править царством Латина как полноправный властитель.

После этого Эней прожил еще несколько лет и остался в истории как мудрый и справедливый правитель. Он привез из Трои знания и ремесла греков и обучил им местных жителей, что способствовало улучшению их жизни. Он также ввел много религиозных обрядов, которые были приняты в Трое и других странах, которые он посетил за время своих путешествий. Эти церемонии так прочно вошли в жизнь и религиозную практику обитателей Лация, что их стали передавать из поколения в поколение. В последующие годы они оказали огромное влияние на формирование обрядов и верований древних римлян. Им следовали на протяжении многих веков, посредством римской литературы они стали известны и чтимы во всем цивилизованном мире.

В конце концов в одном из эпизодов войны, которую Эней вел против рутулов, он оказался в очень опасном положении; чтобы спастись от преследователей, новый царь бросился в реку, пытаясь ее переплыть. Но сделать этого ему не удалось, и он утонул. Река носила название Нумик. Она впадает в море немного севернее Лавиниума. Должно быть, в древние времена она была гораздо полноводнее, ибо путешественники, побывавшие в тех краях не так давно, говорят, что теперь она представляет собой маленький ручеек, и утонуть в нем практически невозможно.

Троянские последователи Энея спрятали его тело и распространили слух среди населения Лация, что его взяли на небо. Люди, прежде считавшие своего царя сыном богини, теперь видели в нем самом божественную сущность. Они воздвигли ему алтари в Лации и с тех пор почитали его, как бога.







 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх