Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов

(1745–1813)



Историческое значение деятельности М. И. Кутузова глубоко и верно определил А. С. Пушкин: «Слава Кутузова неразрывно соединена со славой России, с памятью о величайшем событии… истории. Его титло: спаситель России; его памятник: скала святой Елены!.. Кутузов один облечен был в народную доверенность, которую так чудно он оправдал!»

Родился будущий полководец 16 сентября 1745 года в Петербурге. Происходил он из старинного дворянского рода, сыгравшего видную роль в истории России. Отец Михаила, Илларион Матвеевич, был известным военным инженером и разносторонне образованным человеком. Он начал военную службу еще при Петре I и пробыл на ней более 30 лет. Уволенный по болезни в отставку в чине генерал-поручика, И. М. Кутузов служил далее по гражданскому ведомству, проявив и на этом поприще большой талант.

Мать Михаила, А. И. Кутузова, происходила из известного московского дворянского рода Беклемишевых. Она умерла, когда сын находился во младенческом возрасте. Поэтому воспитание сына находилось полностью в руках отца. Однако немалую роль в образовании мальчика сыграл родственник и друг Иллариона Матвеевича – адмирал Иван Логинович Голенищев-Кутузов. Молодой Михаил Кутузов некоторое время жил в его доме. Быстро овладев французским и немецким языками, он перечитал множество книг из огромной библиотеки адмирала. Кроме того, в доме Ивана Логиновича юный Михаил имел возможность встречаться с учеными, писателями, армейскими и флотскими офицерами.

К военной деятельности мальчика готовили с ранних лет. И отец, и адмирал были в этом солидарны. На семейном совете решили определить Михаила в Инженерную школу. В 1757 году двенадцатилетний Михаил Кутузов стал воспитанником первого класса.

Кутузову довелось учиться в Инженерной школе в переломные для нее годы. Усилиями генерал-фельдцейхмейстера П. И. Шувалова школа превращалась в центр военно-инженерной мысли в России и давала солидную военную и общеобразовательную подготовку. Основными дисциплинами были артиллерийское дело, фортификация и тактика. Но преподавался главным образом теоретический курс этих дисциплин. Однако генерал А. П. Ганнибал, наблюдавший за ходом обучения в школе от Канцелярии Главной артиллерии и фортификации, распорядился оборудовать учебный полигон на Выборгской стороне. Ученики стали заниматься там фортификационными работами. Воспитанники получали наряду с военным и широкое общее образование. Они изучали историю, географию, алгебру, геометрию и тригонометрию, физику, литературу и иностранные языки. Михаил Кутузов, отлично преуспевавший в науках, много читавший, получил в школе основательную подготовку.

В декабре 1759 года Кутузов досрочно закончил курс обучения и был оставлен в школе преподавать кадетам математику. Полтора года продолжалась его преподавательская деятельность. Он старательно углублял свои знания, много читал, но преподавательская работа не казалась юноше привлекательной. В июне 1761 года молодой офицер по его настоятельной просьбе был назначен командиром роты в Астраханский пехотный полк под Петербургом.

С первых шагов своей военной деятельности М. И. Кутузов очутился в гуще крупных военных событий. В это время продолжалась Семилетняя война 1756–1763 годов, и, хотя Михаил Илларионович не участвовал в боевых действиях, он пристально следил за их ходом, анализировал действия полководцев в важнейших сражениях.

Около года Кутузов успешно командовал ротой. С увлечением обучал он своих солдат. Солдаты полюбили своего командира, ибо он не только строго требовал исполнения служебного долга, но и заботился об их быте и нуждах. Все шло хорошо, но в марте 1762 года Кутузова назначили адъютантом к ревельскому губернатору принцу Гольштейн-Бекскому и в том же году произвели в капитаны. Однако адъютантская служба была не по душе Михаилу Илларионовичу и продолжалась недолго.

Далее Кутузов служил в русских войсках в Польше, работал в комиссии по составлению нового Уложения. Участие в этой работе многое дало ему: он лучше узнал русскую действительность, политическую и экономическую жизнь страны, познакомился со многими политическими и общественными деятелями своего времени.

Важным этапом в военной биографии М. И. Кутузова стала русско-турецкая война 1768–1774 годов. Будучи оберквартирмейстером корпуса в армии П. А. Румянцева, он проявил недюжинные способности штабного офицера. Кутузов вел разведку противника, осуществлял рекогносцировки на местности, составлял диспозиции, организовывал марши. Он превосходно справлялся с этими задачами.

Уже в первом крупном сражении против турок, у Рябой Могилы в июне 1770 года, Михаил Илларионович показал себя храбрым и инициативным офицером. Он получил тогда высокую оценку своего командира и стал известен П. А. Румянцеву. В центре боевых действий находился капитан Кутузов в сражениях при Ларге и Кагуле, когда были разгромлены основные силы армии великого визиря. Он водил в атаку гренадерский батальон и энергично преследовал убегавших турок. За храбрость и отличие Кутузов был произведен в обер-квартирмейстеры премьер-майорского ранга. Однако широкообразованный молодой офицер оказался «лишним» в штабе армии Румянцева, где царило засилье немцев. Вскоре его отчислили из штаба якобы за неимением вакансии. Кутузов был переименован в премьер-майоры и переведен в Смоленский пехотный полк. В составе этого полка он участвовал во многих сражениях. За храбрость он был произведен в подполковники.

В 1772 году М. И. Кутузов за пародии на Румянцева и другие веселые проделки был переведен в Крымскую армию. С ноября 1773 по апрель 1774 года он служил в отдельном отряде, действовавшем против крепости Кинбурн. В самом конце войны подполковник Кутузов сражался против высадившегося у Алушты и закрепившегося у деревни Шумы турецкого десанта. Во время жаркого боя он со знаменем в руках повел свой батальон в атаку. Вдохновленные им солдаты взяли укрепления врага и ворвались в деревню. Во время атаки Кутузов был тяжело ранен: пуля ударила ему в левый висок и вылетела у правого глаза. Врачи сочли рану смертельной, но офицер выжил. Екатерина II, знавшая Михаила Илларионовича лично, распорядилась отправить его на лечение за границу. При этом императрица сказала: «Надобно беречь Кутузова; он у меня будет великим генералом». Наградой храбрецу стал и Георгий 4-й степени.

Более года лечился М. И. Кутузов в Германии, Англии и Австрии. При этом он внимательно знакомился с состоянием военного искусства западноевропейских армий, встречался с прусским королем Фридрихом II и известным австрийским полководцем генералом Ласси. Фридрих II был чрезвычайно удивлен тем, что Кутузов остался живым после получения столь опасной раны.

В Регенсбурге в ложе «К трем ключам» Михаил Кутузов был посвящен в таинства масонства. Он искал в масонстве «сил для борьбы со страстями и ключа от тайн мира». Путешествуя по Европе, Кутузов вошел также в ложи Франкфурта и Берлина, а позднее – Петербурга и Москвы. Он дошел до высоких степеней, получил орденское имя «Зеленеющий лавр» и девиз «Победами себя прославить». И имя, и девиз оказались пророческими.

В 1777 году Михаил Илларионович получил назначение в войска А. В. Суворова. Около шести лет продолжалась их совместная служба. В эти годы Кутузов прошел суворовскую школу обучения и воспитания войск. Учитель высоко ценил своего талантливого ученика. По ходатайству Суворова Кутузов был произведен в полковники и назначен командиром полка.

К этому времени относится и важное событие в личной жизни Михаила Илларионовича: весной 1778 года он женился на дочери известного военного деятеля генерал-поручика И. А. Бибикова – Екатерине Ильиничне. В семейной жизни Кутузов был счастлив, жена подарила ему сына и пять дочерей. Удачно складывалась и карьера. В 1782 году он получил чин бригадира, а через два года стал генерал-майором и командиром Бугского егерского корпуса.

Егеря – легкая стрелковая пехота. Они первыми завязывали бой, выбивали вражеских офицеров, метким огнем расстраивая ряды врага, охраняли фланги, прикрывали отступление товарищей. Пятилетний период командования егерским корпусом был чрезвычайно важным этапом в становлении Кутузова как полководца. Ежедневно занимался он боевой подготовкой личного состава, обучал солдат действиям в рассыпном строю, поощрял любое проявление у них разумной инициативы, сметки, находчивости. Особое значение придавал генерал обучению егерей стрельбе по цели. Не оставались вне внимания командира быт и здоровье солдат. Высокий уровень подготовки воинов проявился в русско-турецкой войне 1787–1791 годов.

Корпус Кутузова охранял государственную границу, участвовал в осаде Очакова. Под Очаковом генерал вновь был ранен в голову и остался жив. После занятия крепости русскими генерал Кутузов возглавил войска, расположенные между Бугом и Днестром. Он участвовал в бою под Каушанами, содействовал взятию Гаджибея. Его войска штурмовали Аккерман, Бендеры, а организованная им летучая разведка способствовала победе эскадры Ф. Ф. Ушакова над турецким флотом у острова Тендры.

Кутузов стал одним из наиболее видных военачальников русской армии, на него возлагались все более ответственные задачи. Особенно отличился он при штурме Измаила. А. В. Суворов поручил своему ученику командование шестой колонной, которая должна была наносить удар через Килийские ворота и овладеть Новой крепостью – одним из сильнейших опорных пунктов обороны.

Турки оказывали ожесточенное сопротивление и смогли остановить колонну. Михаил Илларионович лично повел воинов на штурм. Дважды они были отброшены, но в третьей атаке опрокинули противника и ворвались в крепость. Здесь войска Кутузова соединились с другими колоннами и в жестоком бою истребили гарнизон Измаила. А. В. Суворов высоко оценил действия своего соратника: «Генерал Кутузов шел у меня на левом крыле, но был правой моей рукой». Михаил Илларионович был произведен в генерал-поручики, получил орден св. Георгия 3-й степени. Однако судьба не была к нему благосклонной: пришло известие о смерти его единственного сына Николая. Герой Измаила был потрясен.

Война с Турцией продолжалась еще год. Князь Репнин, возглавивший русскую армию после Г. А. Потемкина в 1791 году, одобрил предложение Кутузова разгромить группировки турецких войск в Бабадаге и Мачине до прихода войск визиря из Шумлы. Операция тщательно готовилась, первый удар нанесен был Кутузовым по турецкому лагерю в Бабадаге 15 июня 1791 года. Успех был полный. Не успели турки опомниться от этого поражения, как 9 июля на них обрушился еще более сильный удар у Мачина. В этом сражении Михаил Кутузов вновь проявил себя искусным тактиком. Применив различные боевые порядки, совершив обходный маневр, его войска нанесли сокрушительный удар по противнику. За победу под Мачином Кутузов был награжден орденом св. Георгия 2-й степени.

В декабре 1791 года в Яссах был подписан мирный договор. Россия прочно закрепилась на Черном море.

Участие М. И. Кутузова в войнах с Турцией имело важное значение в его дальнейшей военной деятельности. Он приобрел большой и всесторонний боевой опыт, познал в деталях военное дело, сформировался как и талантливый военачальник.

В ноябре 1792 года жизнь Михаила Илларионовича резко изменилась. Он был назначен послом в Турцию. Решение Екатерины II назначить боевого генерала на дипломатический пост вызвало недоумение в придворных кругах. Однако императрица хорошо понимала правильность предпринятого шага: Кутузов хорошо знал турок, пользовался у них уважением, умел делать верные выводы.

Полководец превосходно справился с ответственнейшим поручением. Ему удалось успешно разрешить в пользу России ряд спорных вопросов, нейтрализовать влияние западных держав на внешнюю политику Турции и значительно улучшить русско-турецкие отношения. Кутузов добился права для русских судов плавать в районе архипелага и заходить в турецкие порты. Завершив миссию, Михаил Илларионович 26 марта 1794 года выехал в Санкт-Петербург.

26 сентября 1794 года Екатерина II назначила М. И. Кутузова директором Сухопутного кадетского корпуса, основного военно-учебного заведения, готовившего офицерские кадры для русской армии. Боевой генерал провел коренную реорганизацию корпуса: воспитанников свели в пять рот (четыре мушкетерские и одна гренадерская), преподавание военных дисциплин получило более практический уклон. Навел Михаил Илларионович должный порядок и в хозяйственной части. Умудренный боевым опытом, разносторонне образованный генерал Кутузов проявил себя талантливым военным педагогом.

Помимо директорских обязанностей Михаил Илларионович имел и много других: командовал сухопутными войсками в Финляндии, занимался возведением оборонительных сооружений на границе со Швецией, участвовал в проведении общеармейских маневров в сентябре 1797 года. В декабре этого года Кутузов получил указание отправиться в Берлин с дипломатическим поручением. Он пробыл в столице Пруссии два месяца, беседовал с королем, обедал и ужинал с членами королевской фамилии, встречался с видными государственными деятелями. И вновь генерал проявил недюжинные дипломатические способности. Он сумел успешно решить одну из первостепенных внешнеполитических задач России – создать условия для привлечения Пруссии к антифранцузской коалиции. Император Павел I пожаловал Кутузову чин генерала от инфантерии.

В царствование Павла Петровича М. И. Кутузов занимал высокие посты и ему доверялось выполнение ответственных государственных поручений. Однако это были для него тяжелые годы. Император изгонял из армии все лучшее, передовое. Смириться с этим Михаил Илларионович не мог, а поэтому на него нередко обрушивался гнев венценосца.

Положение не изменилось и после того, как на российский престол вступил Александр I. Правда, первое время новый царь стремился приблизить к себе известного генерала. 30 июня 1801 года М. И. Кутузов был назначен санкт-петербургским военным губернатором, а затем и инспектором войск, расположенных в Финляндии. Большую работу вел он и в Воинской комиссии, занимавшейся улучшением организации армии. В сентябре 1802 года неожиданно последовал указ Сената об отставке генерала от инфантерии Кутузова от всех должностей. Причиной отставки называлась болезнь, но дело было в ином. Император догадывался об осведомленности Михаила Илларионовича о событиях ужасной мартовской ночи 1801 года и поспешил удалить его из столицы. М. И. Кутузов тяжело переживал вынужденное бездействие, но продолжал интересоваться военными делами, надеялся вернуться в армию. И в 1805 году Александр I вспомнил об опальном генерале. В жизни Михаила Илларионовича наступил важный период: ему предстояло возглавить русскую армию в заграничном походе и впервые встретиться на поле боя с прославленным Бонапартом.

К сожалению, Кутузова с самого начала поставили в весьма трудное положение. Он подчинялся австрийскому командованию и был обязан согласовывать с австрийцами все свои планы.

Русской армии предстояло совершить длительный марш от юго-западных границ России (из Подолии) в Австрию (900 км). Войска двигались шестью колоннами по 8–8,5 тысячи человек в каждой, удаленными друг от друга на расстояние одного перехода. Общая численность Подольской армии доходила до 50 тысяч воинов при 377 орудиях и 16 тысячах лошадях. Расстояние от Радзивиллова до Тешена, равное 700 км, было пройдено за 28 дней. Если учесть трудности, вызванные осенней ненастной погодой и отсутствием хороших дорог, то можно считать эту скорость довольно высокой.

Пока войска М. И. Кутузова двигались по дорогам Моравии, австрийцы решили начать кампанию, не дожидаясь русских. Закончилось все это для них весьма печально. Наполеон с 200-тысячной армией стремительными переходами двинулся к Рейну. Гофкригсрат (придворный военный совет) и император Франц забеспокоились и потребовали от Кутузова ускорить движение русской армии. В конце октября 1805 года русская армия перешла баварскую границу, подошла к реке Инн у города Браунау.

Армии Кутузова, прошедшей более 1000 километров, оставалось еще несколько переходов для того, чтобы соединиться с австрийцами. Однако к этому времени армия генерала Макка уже капитулировала в Ульме. Узнав о поражении союзников, Кутузов начал быстро отступать на Линц, Мельк и Вену правым берегом Дуная. Эта трудная операция была проведена им блестяще: как ни старался Наполеон «зацепить» русскую армию, чтобы навалиться на нее всеми силами, это ему не удавалось.

Русский полководец всякий раз успешно избегал слишком неравного боя, и русские арьергарды геройски задерживали превосходящие силы французов. Переправившись через Дунай у Кремса, Кутузов разбил корпус генерала Мортье, который находился на левом берегу реки. Русские захватили пять орудий, знамена и много военного имущества. Переправа через Дунай и блестящая победа под Кремсом создавали благоприятные условия для движения войск Кутузова на соединение с армией Буксгевдена, ибо русские уничтожили за собой мост. Следующая мостовая переправа была лишь в Вене и охранялась крупными силами австрийцев.

Однако союзники вновь подвели русского генерала. Наполеон двинул на Вену войска Мюрата, Ланна, Сульта, Удино с целью перерезать пути отхода русской армии. Мюрат захватил Вену и смог убедить австрийского офицера, который должен был взорвать мост при появлении французов, в том, что заключено перемирие, и перевел свои войска на левый берег. Далее французский военачальник устремился на Цнайм, во фланг и тыл тянувшейся туда же крайне утомленной армии М. И. Кутузова. Мюрат попытался обмануть и русских сообщением о «перемирии».

Вся беда для французов была в том, что русской армией командовал Кутузов – хитрейший из полководцев. Генерал сделал вид, что поверил Мюрату. Продолжая игру, он сделал французу ряд предложений, столь выгодных, что были посланы курьеры к Наполеону с сообщениями о переговорах. Пока курьеры скакали на лошадях по осеннему бездорожью в Вену и обратно, русская армия благополучно миновала цнаймскую западню.

Наполеон был взбешен, Мюрат бросился в погоню за ускользнувшим Кутузовым. С ним было 30 тысяч человек, но под Шенграбеном французов встретил 6-тысячный отряд П. И. Багратиона. 16 ноября начался неравный бой, длившийся весь день. Потеряв половину отряда, Багратион и его герои штыками проложили себе дорогу сквозь массы врагов. Шенграбенское дело окончательно спасло русскую армию.

Марш-маневр армии Кутузова коренным образом изменил военную обстановку. Если в районе Браунау Наполеон, имея 150-тысячную армию, обладал трехкратным превосходством в силах, то к Оломоуцу он смог сосредоточить только 50 тысяч. Остальные войска были либо потеряны в боях, либо разбросаны для охраны захваченной территории. В то же время Кутузов после соединения его армии с войсками Буксгевдена, гвардией и 15-тысячным австрийским отрядом имел до 86 тысяч человек. Теперь, по мнению русского полководца, надлежало задержать наступление французской армии.

Михаил Илларионович был близок к достижению цели, но ему сильно мешали Александр I, Франц I и их военные советники. Они недооценивали силы противника и преувеличивали собственные возможности, требовали немедленного разгрома Наполеона. Гатчинские и венские «стратеги» фактически оттеснили Кутузова от руководства армией. Закончилось это разгромом союзников 2 декабря под Аустерлицем.

Несмотря на все обвинения в поражении, М. И. Кутузов проявил себя в войне 1805 года как полководец большого масштаба, умело применявший весь арсенал тактических и стратегических способов борьбы. И если бы не грубое вмешательство в дела главнокомандующего царственных особ, результаты кампании были бы иными. М. И. Кутузов вновь оказался в опале. Его отстранили от командования войсками и назначили военным губернатором в Киев. Это была, как тогда говорили, почетная ссылка. Однако полководца, равного Кутузову, в России в те годы не было. В наиболее сложные и кризисные моменты царю приходилось обращаться к помощи генерала от инфантерии М. И. Голенищева-Кутузова.

В 1811 году, когда военные действия на Дунае зашли в тупик, а внешнеполитическая обстановка требовала успешного завершения войны с Турцией, Александр I вынужден был назначить Михаила Илларионовича главнокомандующим Молдавской армией. 13 апреля 1811 года Кутузов прибыл в Бухарест.

Положение в районе боевых действий было сложным. Молдавская армия была немногочисленна, ее резервы весьма ограниченны. Кроме того, часть войск располагалась в крепостях Никополь, Силистрия и Рущук, расположенных на южном (правом) берегу Дуная. Видимо, неслучайно план, рекомендованный Кутузову Александром I, предусматривал в основном оборонительные действия. Однако русский полководец понимал, что обстановка требовала от него в короткий срок разгромить турецкую армию.

На Дунайском фронте во всей полноте проявились блестящий полководческий талант и дипломатическое искусство Михаила Илларионовича. Его идея заключалась в том, чтобы, отведя свои войска на северный берег Дуная (за исключением рущукского гарнизона) и собрав их в кулак, привлечь турецкую армию к Рущуку и далее на северный берег, обескровить ее в боях, а затем всеми силами перейти в решительное наступление и разгромить противника. Кутузов держал свой план в тайне. Более того, он поощрял распространение слухов о слабости русской армии. Используя противоречия между визирем и видинским пашой, Михаил Илларионович получил сведения о расположении войск противника и его планах.

Одновременно с военными приготовлениями М. И. Кутузов, лично знавший визиря Ахмет-пашу, начал «дружественную» переписку с предводителем турецкой армии. В результате Михаил Илларионович добился своей цели – в начале мая 1811 года визирь выразил желание начать переговоры о заключении мира. Переговоры продолжались около двух месяцев, но соглашения достичь было невозможно. В июне турки потерпели поражение под Рущуком.

Однако турецкая армия не была еще разгромлена. Последующие шаги русского полководца были не поняты и не разгаданы не только Портой, но и вызвали непонимание и недовольство в Петербурге. Ведь Кутузов не только не преследовал отступавшего противника, но и приказал оставить Рущук, предварительно уничтожив его укрепления. Однако расчет Михаила Илларионовича оказался верным.

Султанский двор, подстрекаемый «добрыми советами» французских представителей, решил, что пришло время разгромить русские войска. 9 сентября 1811 года большая часть турецких войск переправилась на северный берег Дуная, и армия оказалась разделенной на две группировки. Этого и ожидал генерал Кутузов. Он блокировал османские войска на северном берегу, корпус генерала Маркова 13 октября скрытно от противника переправился на турецкий берег. Внезапная и стремительная атака русских вызвала среди турецких войск невероятную панику. Солдаты Ахмет-паши, бросив артиллерию, боеприпасы и продовольствие, разбегались во все стороны. Неприятель потерял 1,5 тысячи человек убитыми и 400 пленными. Было захвачено 8 пушек, 22 знамени и весь огромный обоз.

М. И. Кутузов внимательно следил за ходом событий на правом берегу Дуная. Смело задуманный и осуществленный русским командованием маневр коренным образом изменил всю стратегическую обстановку. 20-тысячная группировка турецких войск у Рущука перестала существовать, а основные силы (40 тысяч человек) оказались полностью окруженными. Турецкие войска несли потери убитыми и ранеными. Не имея хлеба, они питались мясом лошадей и кореньями. Сотни солдат ежедневно умирали от голода. Потеряв более двух третей своего состава, остатки окруженных турецких войск (около 12 тысяч) вскоре вынуждены были капитулировать. Турецкая армия на Дунае перестала существовать.

Лишившись армии, Турция запросила мира. Шестимесячные переговоры, активнейшее участие в которых принимал Михаил Илларионович, закончились 28 мая 1812 года, всего за месяц до вторжения Наполеона, подписанием выгодного для России Бухарестского мирного договора. В результате одержанной победы и подписанного благоприятного мира была обеспечена безопасность русских юго-западных границ. Турция взяла на себя обязательство не принимать участия в назревавшей войне Наполеона против России. Это позволило высвободить значительную часть войск Молдавской армии и перебросить их к западным границам.

За свою славную и столь необходимую победу М. И. Кутузов был удостоен лишь графского титула, хотя все воины русской армии считали справедливым награждение его чином генерал-фельдмаршала. Полководец не пользовался благосклонностью императора Александра, поэтому начало войны 1812 года он встретил в отставке, в своем поместье Горошки. Никто генерала в столицу не звал, но он выехал в Петербург. 29 июля 1812 года столичное дворянство избрало Михаила Илларионовича начальником Петербургского ополчения.

Михаил Илларионович уделял большое внимание боевой подготовке ополченцев, овладению ими элементарными тактическими приемами борьбы: знать свое место в ряду и шеренге, не терять друг друга в рассыпном строю, уметь правильно заряжать ружье, стрелять и действовать штыком, знать повороты, маршировку, построение фронта, колонн и отделений.

Почти месяц знаменитый полководец занимался подготовкой ратников. Между тем обстановка на фронте становилась все напряженнее. Бесконечное отступление казалось чудовищным армии, помнившей Суворова. Военного министра М. Б. Барклая де Толли обвиняли в нерешительности, трусости и даже измене. Встал вопрос: кого избрать главнокомандующим всеми русскими войсками? Члены Государственного комитета долго искали и обсуждали кандидатуры на этот пост. Для собравшихся было ясно, что более других подходит кандидатура М. И. Кутузова, но о нем не желал даже и слышать царь.

По мнению некоторых исследователей, мощное воздействие на царя оказало сплоченное масонское братство. Выбор масонами Кутузова не был случайным – полководец занимал высокое место в ордене. Наполеона же русские вольные каменщики считали «злом, одетым в броню». Уступая голосу армии и общества, Александр I возвел 68-летнего Михаила Илларионовича в княжеское достоинство и назначил главнокомандующим русской армией. 23 августа 1812 года Кутузов выехал в войска.

Назначение прославленного генерала рязрядило то крайнее напряжение в армии, которое постоянно возрастало с каждым шагом ее отступления. Хотя, и это естественно, были и недовольные назначением. Даже П. И. Багратион вопреки сложившимся в исторической литературе представлениям о чуть ли не идиллических отношениях с Кутузовым в конфиденциальных письмах к особо доверенным лицам весьма недружелюбно высказывался на сей счет. Ростопчину он писал о новом главнокомандующем: «…Если особенного повеления он не имеет, чтобы наступать, я вас уверяю, что тоже приведет к вам, как и Барклай…»

Кутузов действительно всецело одобрил стратегию Барклая – его распоряжения по существу лишь подтверждали распоряжения предшественника. Прибыв 29 августа в Царево-Займище и обходя почетный караул, главнокомандующий сказал громко: «Ну как можно отступать с такими молодцами!» Весть об этих словах быстро разнеслась в войсках. Солдаты радовались: «Приехал Кутузов бить французов!» Однако 30 августа армия получила приказ отступать. Опытный полководец понимал, что войска, прошедшие с боями более 800 километров, нуждались в отдыхе и пополнениях.

Ударом для Михаила Илларионовича стало то обстоятельство, что резервов, о которых ему говорили в Военном министерстве и на которые он возлагал большие надежды, в действительности не оказалось. До Москвы оставалось всего 150 км, а численно превосходившие и наседавшие со всех сторон войска Наполеона не давали возможности оторваться. Кутузов, видимо, пришел к мысли, что сорвать наступательный порыв Великой армии может лишь ее вступление в Москву. Реально оценивая положение, русский полководец менее всего желал начинать решительное сражение. Однако он вынужден был считаться с настроениями армии, общества и императора. Местом великой битвы стало Бородинское поле. Избранная позиция защищала основные пути, ведущие к Москве. Ее фланги хорошо прикрывались рекой Москвой и полосой лесов, реки и овраги, находившиеся с фронта, ограничивали маневрирование французской армии. Русские же инженерные войска за день до битвы возвели четыре моста через овраги, устроили пятнадцать спусков и могли быстро перебрасывать войска с фланга на фланг. В отношении численности войск, принимавших участие в сражении, назывались и называются разные данные. Думается, что близкими к истине являются цифры: 116 тысяч строевых солдат (с казаками и ополченцами свыше 150 тысяч), с 640 орудиями – у русских и 134 тысячи (в том числе 15 тысяч нестроевых солдат) с 587 орудиями – у французов.

Однако планы русского полководца чуть было не перечеркнул московский генерал-губернатор Ф. В. Ростопчин, вынашивавший планы предать Москву пламени перед вступлением в нее французских войск. Уверенный в том, что без боя город не сдадут, генерал-губернатор не имел времени для подготовки «всеобщего пожара». Однако уже вечером 14 сентября в разных частях города начались пожары. Москва горела целую неделю. Вместе с пожаром начались грабежи и мародерство, бороться с которыми Наполеон и его маршалы оказались не в состоянии. Пока горела древняя столица, пока бесчинствовали на ее улицах французские солдаты, русская армия совершила свой знаменитый тарутинский марш-маневр и заняла очень выгодную по отношению к войскам Наполеона позицию. В Тарутине воины Кутузова отдыхали, копили силы. Михаил Илларионович, получивший за Бородинскую битву чин генерал-фельдмаршала, взял в свои руки руководство комплектованием армии. Он решил создавать резервы по родам войск – по пехоте, кавалерии, артиллерии – в Арзамасе, Муроме и Нижнем Новгороде. 24 пехотных батальона формировались в Ярославле. К 17 октября общая численность армии составляла уже 120 тысяч человек.

В это же время фельдмаршал вел «малую войну» с французскими захватчиками силами ополченских, армейских и крестьянских партизанских отрядов. Этот период войны связан с именами Д. В. Давыдова. А. С. Фигнера, А. Н. Сеславина, И. М. Вадбольского, Н. Д. Кудашева и многих других вожаков партизанского движения. Железной хваткой держали они врага, не давали ему ни минуты покоя, наносили ощутимые удары.

Положение Наполеона в сгоревшей Москве сделалось сперва затруднительным, а затем и критическим. Французский император понимал, что его планы провалились. На мирные предложения он не получал никакого ответа, а положение «Великой армии» ухудшалось с каждым днем.

18 октября 1812 года фельдмаршал Кутузов атаковал французский авангард Мюрата, стоявший в шести километрах от Тарутина. Французы отступили, потеряв 2,5 тысячи человек убитыми и ранеными, 1 тысячу пленными, 38 орудий и почти весь обоз. Потери русских составили 300 человек убитыми и 900 ранеными.

19 октября Наполеон оставил Москву и двинулся на Калугу. Своевременно узнав об этом, Кутузов проявил максимум энергии и перебросил войска к Малоярославцу. Упорные бои под городом явились началом полного изгнания французов из России. 27 октября армия Наполеона вышла на Смоленскую дорогу. Это вполне соответствовало планам русского полководца.

В письмах А. П. Тормасову и П. В. Чичагову от 6 сентября фельдмаршал предложил свое решение: 3-я, западная, армия должна прикрывать Украину, Дунайская – овладеть Могилевом на Днепре и двигаться по Смоленской дороге для сближения с Главной армией, угрожая тылам противника. Кутузов намеревался не допустить соединения главных сил Наполеона с его фланговыми группировками и резервами, окружить и уничтожить противника восточнее Днепра. Реализация этого замысла позволила бы закончить войну в короткий срок и с наименьшими жертвами. К сожалению, план Михаила Илларионовича был сорван Александром I.

Царь утвердил иной план: окружение французских войск у Березины. Главнокомандующий не сразу согласился с петербургским планом, но слово монарха было законом. Подчинив формально Кутузову все армии и корпуса, Александр I отдавал приказы командирам соединений через голову фельдмаршала. Естественно, что военачальники выполняли волю императора.

Срыв первоначального плана привел к тому, что Главной армии пришлось вести изнурительное преследование противника, а это привело к большим жертвам. Армия же Наполеона смогла получить сильные подкрепления. На Березину вышло не менее 60 тысяч французских солдат и офицеров.

Наполеон выбил из Борисова русский отряд, но мост через реку был сожжен. Положение французов вновь стало отчаянным: они попали в мешок – и ледяная Березина могла стать для них могилой. Бонапарт (не без помощи Чичагова) смог выйти из этого положения: были найдены броды и стали возводиться переправы. Одна оказалась ложной, но русский адмирал стянул все свои силы именно к ней. Переправа длилась три дня, но последнее напряжение сил погубило армию французов. Началось паническое бегство остатков Великой армии. В декабре 1812 года ни одного вооруженного врага не оставалось на русской земле. Прибыв 22 декабря в Вильно, фельдмаршал Кутузов с полным правом мог оповестить народ и армию: «Война окончилась за полным истреблением неприятеля».

Победитель великого Наполеона был удостоен ордена св. Георгия 1-й степени и титулом князя Смоленского.

28 апреля 1813 года в городе Бунцлау на вершине полководческой славы оборвалась жизнь Михаила Илларионовича Кутузова. До последних дней жизни он достойно выполнял труднейшую миссию главнокомандующего, успешно руководил русской армией в вооруженной борьбе с наполеоновской армией.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх