Шпион, написавший «Робинзона»

Оксана Петрунько

Прежде чем стать писателем, Даниэль Дефо был и авантюристом, и разведчиком, и, как сказали бы сегодня, политтехнологом.

Крючковатый нос, острый подбородок, серые глаза и темные волосы, невысокий рост. Модный парик, большая бородавка у уголка рта. Таков портрет человека, благодаря которому ни много ни мало была создана Великобритания. Его звали Даниэль Дефо. И хотя мы знаем его как писателя, прославившие его произведения он написал уже во второй половине жизни, а вот первую прожил как авантюрист, шпион, политтехнолог и. блоггер — хоть и было на дворе начало XVIII века.

«Судьба хранит меня»

Дефо родился в Лондоне — это известно. Но точную дату и место назвать нельзя — записи сгорели во время Великого Лондонского пожара. В этом пожаре в городе выгорело почти все — целые районы с церквями и церковными архивами, но дом Дефо вместе в двумя соседними строениями остался невредим. Незадолго до пожара по Лондону прокатилась страшная эпидемия чумы — погибли сотни тысяч людей, но семьи Дефо смерть не коснулась.



Правда, Дефо тогда вообще не существовало, а была торговая лондонская семья по фамилии Фо: мама англичанка, папа голландец, мясник, трезвенник, сын осевшего в Лондоне ткача-эмигранта, уехавшего в Англию по религиозным соображениям. Семья набожная, пресвитерианская. Пуританам тогда в Лондоне жилось не лучше, чем католикам, но все же лучше, чем где бы то ни было. В Кембридж и Оксфорд Даниэлю как пресвитерианцу дорога была закрыта, но мальчику дали хорошее образование — его готовили в пасторы, и он много часов проводил в религиозных дискуссиях. Библия и беседы с пуританским священником — школьным учителем (это был прекрасный ритор, веривший, однако, в то, что аисты проводят зиму на Луне) наложили отпечаток на все его будущее литературное творчество. Заложенная в детстве вера в своевременное и непременное вмешательство божественного провидения проходит красной нитью как через литературные произведения Дефо, так и через всю его жизнь. Но не судьба, а он сам в данном случае сделал свой выбор.



От сумы и тюрьмы…

Даниэль пошел по торговой части и… добавил к своей фамилии намек на дворянство — этакое «зовите меня де Фо, но я ни на чем не настаиваю». Рискну, однако, предположить, что именно этот незначительный эпизод дает ключ к его судьбе. Было ли изменение фамилии продиктовано интересами бизнеса, который, впрочем, оказался убыточным, или удобством общения во время путешествий по католическим странам Европы, куда Дефо вскоре направился, или просто проявлением авантюризма — но именно эта ранняя попытка создания альтер эго дает ключ к его дальнейшей судьбе, к его перевоплощениям и его шпионской деятельности, к его произведениям, авторство которых оставалось загадкой для читателей не только тогда, но и, в некоторых случаях, сегодня.

Впрочем, до этого еще было далеко. Экономика и дальние страны были увлечением Дефо. Он писал эссе на экономические темы и торговал как брокер чулками, табаком, вином, устрицами, а позже открыл кирпичный бизнес. Он объехал всю Европу, наделал долгов, женился на девушке из купеческой семьи и получил серьезное приданное (почти 4 тысячи фунтов в те времена, когда сельский учитель получал шесть фунтов в год, были состоянием), потратил это приданное (несмотря на это брак длился 47 лет), наделал шестерых детей (которые никогда не стали ему близкими) и снова долгов, был судим не менее 8 раз… Возможно, если бы он следовал тем мудрым советам, которые давал в своих экономических эссе, он был бы удачливее и не дошел бы того, чтобы его собственная теща потеряла 400 фунтов в одной из его торговых сделок, а долги не отпускали его до конца дней. Но это была бы совсем иная судьба, и кто знает, какую сторону заняло бы провидение в этом случае. В сущности, самое меньшее, что мы можем потерять в жизни, — это наши собственные деньги.

Были и оправдывающие обстоятельства: политическая нестабильность, обилие литературной работы… В 1692 году Дефо грозило банкротство: во время военных действий с Францией на море сгинули его корабли с товаром. Чтобы избежать позора долговой тюрьмы Дефо под чужим именем уехал из Лондона, добился пересмотра условий выплат по долгам, но, увы, в течение следующих десяти лет вынужден был по процентам отдать почти все, что имел.

Впрочем, не считаясь с обстоятельствами, долгами, банкротствами и постоянным отсутствием дома, Дефо всегда считал себя добропорядочным, солидным, семейным мужчиной из среднего класса и писал эссе на темы, какой должна быть семейная жизнь.



…До службы королю и Отечеству

Главной страстью его жизни были, видимо, политика и литература. Всего через год после свадьбы Даниэль Дефо уже принимал участие в военных действиях против католиков. Восстание было разгромлено, четверо его одноклассников были отправлены на галеры, но он — да здравствует всемогущее провидение! — избежал этой участи и участвовал в торжественной встрече нового короля Англии, голландского протестанта Вильгельма Оранского.



«Свой» человек на троне — обстоятельство немаловажное. В лице короля Вильгельма он получил покровителя и ценителя таланта. Говорят, что именно Оранский помог Даниэлю Дефо избежать позора банкротства. Несомненно, что именно король дал ему государственные должности — начальника по сбору налогов на стекло, а затем распорядителя доходов от лотереи. У Дефо выросли крылья за спиной — ныне он тайный советник короля и его ведущий памфлетист.

Короли в то время не правили долго. Короля-заступника уже не было на белом свете, когда Дефо написал ироничный памфлет на тему церкви и веры. Пуритане не поняли юмора и решили, что Дефо говорит всерьез, тори поняли юмор — и обиделись. Дефо бежал, но был предан осведомителем. Автора судили, приговорили к трем дням у позорного столба (говорят, почитатели его таланта приносили ему к месту наказания цветы). Последовавшее за этим тюремное заключение было прервано вмешательством новой королевы Анны, которой потребовались «почетные, но секретные услуги», которые ей мог бы оказать Даниэль Дефо.



Высочайшее вмешательство было осуществлено деликатно. Королева простила Дефо, а поскольку за это время его кирпичный бизнес в очередной раз потерпел убытки и горе-предпринимателю снова грозила долговая тюрьма, то поручителем стал Роберт Харли, граф Оксфордский, бывший виг, а затем тори и вскоре главный министр королевы Анны (термина «премьер-министр» тогда еще не существовало). Он заплатил залог в тысячу фунтов, и Дефо обрел свободу и призвание. Теперь его задачей было путешествовать по стране и измерять накал политических страстей в регионах. Одновременно он начал издавать умеренную газету «Ревью» — туда только за первый год ее существования Дефо написал полмиллиона слов (как было подсчитано его биографом Уэллсом).



Каждый день рушились политические карьеры, создавались или испарялись невероятные состояния, а человеческая жизнь стала еще короче и не так много стоила

Реакционные семидесятые — лихие девяностые

Несколько слов об Англии XVII века, в которой жил Дефо. Юные годы его прошли в атмосфере расцвета наук, создания обсерваторий и составления реестров деревьев, но те же 70-е были не только временем научного развития, но и эпохой политической реакции, когда по специальному парламентскому акту любая политическая критика признавалась нарушением священной присяги на верность королю, религиозные противники были ущемлены в гражданских правах, а кофейные дома — главное место встреч и разговоров — находились под угрозой закрытия. Существовавший с 1662 года закон о лицензировании газет говорил об ответственности за согласование текстов с нормами добропорядочной жизни, количество мастеров-печатников в стране было ограничено до 20 человек, а специальные чиновники имели право захватить и уничтожить тираж. Ничто не могло выйти из печати без специального лицензирования.

Однако на смену реакционным 70-м пришли бурные 90-е. Процветает Ост-Индская компания, открылся Банк Англии. Англию опьяняет свобода слова: в 1695 году были отменены лицензирование и цензура. Кафе и трактиры наполнены слухами и призывами — как сегодняшние социальные сети. Во многих кафе, если клиент покупал чашку кофе за пенни, то ему давали почитать свежие газеты и листки, полные политических слухов и сплетен. Памфлеты Дефо в кафе были популярны, как блоги Другого, печатались с удивительной скоростью и большим тиражом, становились предметом обсуждения в тех же кафе.

Когда в Англии бушевали 90-е XVII века, каждый день рушились политические карьеры, создавались или испарялись невероятные состояния, а человеческая жизнь стала еще короче и не так много стоила. По исследованиям статистика Грегори Кинга, современника Дефо, в этот период значительно выросла разница между богатыми и бедными, и 63 процента населения жили за чертой бедности.

На севере, в Шотландии, было неспокойно. Горцы не поддерживали новую династию на троне, и, как говорят, сам король отдал указание примерно наказать один из кланов: в далеком горном ущелье Гленко все члены клана Макдональдсов младше 70 лет были убиты находившимися на королевской службе солдатами из клана Кэмпбеллов. Впрочем, это так и осталось недоказанным. Когда же шотландская экспедиция, направившись в Америку, чтобы прорыть канал в Панаме, попала в беду (началась эпидемия малярии), то по высочайшему распоряжению английские переселенцы не оказывали помощи вновь прибывшим.

Шотландия, которая на протяжении веков существовала как отдельное государство, уже почти 100 лет была объединена с Англией единой королевской властью — с того времени, как шотландский король Яков VI, сын Марии Стюарт, взошел после смерти королевы Елизаветы I на престол в Лондоне. Но, несмотря на объединенную монархию, в Шотландии правил свой парламент, и единого государства на острове не существовало. Игра против шотландцев шла рука об руку с мечтой об объединении территорий. Именно Дефо предстояло осуществить великую миссию — создать Великобританию (не путать с Соединенным Королевством Великобритании и Ирландии, которое появилось позднее).


При всей секретности миссий Дефо мы знаем о них не так мало… Мы знаем, куда ездил Дефо, с кем встречался, какими методами действовал и какие суммы за это получал




Глава разведки, которой не существовало

О Дефо часто пишут, что он, дескать, был главой британской разведки того времени. Но официально МИ-6 появилась в Британии в 1909 году. А тогда, в XVII веке, были просто личные секретные поручения от имени королевского дома для обеспечения безопасности государства. И головная боль — ведь эту деятельность надо было финансировать, а значит, сообщить о ней парламенту и тем самым сделать тайное явным. Можно было оплатить какие-то расходы из доходов от частной коммерческой деятельности королевского дома. Можно было попытаться замаскировать подобные расходы и провести их через парламент как необходимые бюджетные траты. Однако дать официальный титул начальника того, что на бумаге не существует, увы, невозможно.

Это не умаляет, однако, исторической роли Дефо. Его донесения поступали на самый высокий уровень власти и содержали важные политические и экономические данные и выводы. И оплата его труда на благо Отечества, как свидетельствуют сохранившиеся записи, была выше, чем заработки Джонатана Свифта, также привлеченного к секретной деятельности.

Кстати, о свидетельствах. При всей секретности миссий Дефо мы знаем о них не так мало. Во-первых, благодаря тому, что многое отразилось впоследствии в его литературных произведениях, а во-вторых (или, может быть, все же во-первых), благодаря тому, что шеф Дефо, Роберт Харли был страшным педантом и имел обыкновение хранить все бумаги, которые попадали ему в руки. Так, из 251 документа в опубликованном эпистолярном наследии Дефо 193 письма были взяты из архива Харли, хранящегося в Британской библиотеке. Мы знаем, куда ездил Дефо, с кем встречался, какими методами действовал и какие суммы за это получал.

Однако остается один вопрос: чем была разведывательная деятельность для будущего автора «Робинзона» — зовом сердца и стремлением реализовать политические устремления или же он просто отрабатывал свои многочисленные долги, получая деньги за то, что ему поручали? У обеих точек зрения есть сторонники. Одни говорят, что Дефо не случайно привлек внимание Харли, что писал ему предложения о том, как можно организовать разведывательную службу с разветвленной агентурой, с досье на дворян и простолюдинов, подрывной деятельностью газет и подметных листов. Отсюда — портрет человека с определенным политическим видением и твердыми принципами. Другие источники — например переписка Дефо по поводу пенсии и оплаты за труды — рисуют человека, достаточно униженно просящего не забыть о его насущных нуждах. А может быть, есть и третья позиция: он просто был авантюристом, чувствующим себя на коне от того, что вершил судьбу страны. Когда б мы знали из какого сора… вырастают такие явления, как Великобритания.


Чем была разведывательная деятельность для будущего автора «Робинзона» — зовом сердца и стремлением реализовать политические устремления или же он просто отрабатывал свои многочисленные долги?

Свой среди чужих

Самое известное и важное из всех заданий Дефо — разведать, как отреагируют шотландцы, если корона объявит о ликвидации шотландского парламента и переходе территории в правление Вестминстера. Взбунтуются они или нет? И если есть шанс бунта, то можно ли его минимизировать?

Шотландия встретила Дефо шумом и гамом средневекового Эдинбурга, гневом местных газет, оплакивающих недавние жертвы шотландцев на севере и в Америках. Англию проклинали и ненавидели. Маленькая кучка юнионистов — сторонников объединения с Англией — была непопулярна. Юнионисты считали, что объединение сделает Британию сильнее перед лицом континентальной угрозы, альтернативой же может стать кровопролитная война.

Пуританин, журналист, пострадавший в Англии, Дефо был не только по-доброму принят в пресвитерианской Шотландии — он немедленно стал советником в Верховном собрании шотландской церкви, а кроме этого, советником комитетов шотландского парламента. «Он был шпион среди нас», — писал один из юнионистов, признавая при этом, что никто не мог этого заподозрить.

Деятельность Дефо была многосторонней. Пользуясь своим положением советника, он писал записки и трактовал предложения англичан, забывая о важных, но «неудобных» аспектах, формировал пакеты документов для обсуждения и разделял связанные друг с другом вопросы, чтобы их уязвимость не была очевидна. В качестве журналиста он выступал в газетах как под своим именем, аргументируя умеренную позицию, так и под чужими именами, сталкивая возможных союзников. Историки до сих пор иногда цитируют выступления, написанные Дефо от имени шотландцев, считая эти публикации народным мнением той эпохи. Как он сам писал в донесениях, «я с каждым нахожу общий язык»: он говорил с учеными об истории англо-шотландских отношений, о переводах Библии — со священниками, о новых сельскохозяйственных методах в Англии — с помещиками и о передовых конструкциях кораблей — с моряками.

После активного отказа от идеи союза с Англией к 1706 году в Шотландии началось серьезное обсуждение этой перспективы. Союз был провозглашен в 1707 году. Бунта не последовало. В 1709 году Дефо написал книгу «История объединения Великобритании», в которой вновь использовал подлинные документы, перемежая их с фальсификациями. Книга, кстати, считалась долгое время абсолютно достоверной и повлияла на исследования поколений историков.



Добившись объединения, Дефо не спешил уезжать и пользовался контактами, установленными в первые годы, уже для иных целей. Он еще шесть лет прожил в Эдинбурге: ввозил в Шотландию эль и вино, участвовал в общественных дружинах и патрулировал улицы, где еще недавно бушевала толпа, даже заказал у местных ткачей скатерть, на которой был выткан флаг объединенной Британии.

Говорят, что свою деятельность секретного агента Дефо не оставлял еще многие годы. Но, казалось, главная задача его жизни выполнена.

Писатель в отставке?

Ему было почти 60, когда он произвел на свет свое главное дитя — книгу о приключениях Робинзона Крузо. Прототип главного героя — шотландский паренек из рыбацкой деревни Лоу Ларго, где в шторм волны заливают кусты лаванды у маленьких домиков. Эта книга принесла Дефо известность, которой не принесла ему служба разведчика. Впрочем, вспомним Яна Флеминга или Джона Ле Карре…

Дефо ввел в журналистику жанр интервью и считается одним из родоначальников романистики в английской литературе. Ушедший в отставку разведчик продолжал писать на досуге. Из многих и часто неизвестных широкому читателю произведений мы узнаем о Дефо из сохранившихся документов. Герои произведений Дефо переживают многие обстоятельства его жизни. Они теряют и приобретают состояния, счастливо избегают смерти во время стихийных бедствий.

Не связанный ни с одной партией или политическим кругом, Даниэль Дефо, казалось бы, был свободен в выборе, на чью сторону встать в спорных вопросах того времени. И, наверное, он был бы честным человеком, но, как говорится, обстоятельства не позволяли это постоянно демонстрировать. В Англии он публично агитировал за то, что «глас народа — это глас Божий», а в Шотландии боролся именно с проявлениями этого голоса — активными протестами простых шотландцев против объединения. Вальтер Скотт восхищался тем, что Дефо умел воссоздать видимость реальности, но писатель часто делал это в журналистике с помощью мистификаций и подтасовок. Гуманист, он не выступал против рабства, а наоборот, создал, по словам Джойса, «образ британского колониалиста» в виде работорговца Крузо. Любимый герой английского агента Дефо, капитан Джек из одноименного романа, принимает сторону шотландцев, борющихся против Англии. «Роксана» и «Молл Фландерс», истории женщин-авантюристок разного социального происхождения, но ведущих далеко не праведную жизнь, написаны так, что вызывают симпатию к героиням. Однако сам Дефо одобрял закон Шотландии о казни через повешение женщин, замешанных в адюльтере.

Дефо, писатель, шпион, авантюрист, был, я думаю, человеком принципа — но эти принципы, как, увы, бывает у людей определенной профессии, постоянно менялись.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх