Транспорт: кэбы и наемные экипажи

Ну что ж, пришло время отправляться на место преступления, а по пути познакомиться с транспортом викторианского Лондона. Чаще всего Шерлок Холмс пользовался наемными каретами — кэбами. Первые 12 двухколесных наемных кабриолетов появились в Лондоне в 1823 году, и в течение пяти лет слово «кэб» — сокращение от «кабриолет» — стало обычным в обиходе лондонцев.

Обычно кэб представляется в виде двухколесного экипажа с кучером наверху, однако этот вид кэбов не был единственным и возник сравнительно поздно. Первые кэбы представляли собой экипаж со складным кожаным верхом, который поднимали или опускали в зависимости от погоды. Кабриолет был достаточно велик, чтобы вместить сидевших внутри в ряд кучера и двух пассажиров. Однако быстро выяснилось, что в дождливую погоду при встречном ветре поднятый верх создавал слишком сильное сопротивление движению лошади, и от его использования отказались. Другой, более поздней разновидностью, был кэб, в котором помещался только один пассажир, и поэтому откидной верх был значительно уменьшен. Для кучера рядом с пассажиром было устроено отдельное узкое сидение. Эти кэбы можно видеть на иллюстрациях Крукшенка к ранним книгам Чарльза Диккенса. В одной из глав «Очерков Боза: Картинки с натуры» (1836) Диккенс описывал посадку и высадку из такого кэба:

«Есть люди, которые жалуются, что влезать в кэб очень трудно; другие утверждают, что вылезать еще того хуже; по нашему мнению, такие мысли могут зародиться лишь в развращенном и озлобленном уме. Посадка в кэб, если она проделана с изяществом и вкусом, — зрелище чрезвычайно эффектное. Начинается оно, — как только вы подходите к стоянке и подымаете глаза, — с пантомимы, в которой участвуют все восемнадцать извозчиков, поджидающих седоков. Потом очередь за вами — вы исполняете свой балетный номер. Четыре кэба, готовые к услугам, уже покинули стоянку, и резвые лошади показывают высший класс, приплясывая в водосточной канаве под скрежет колес о край тротуара. Наметив один из кэбов, вы устремляетесь к нему. Прыжок — и вы на первой ступени подножки; полуоборот направо — и вы на второй; затем вы плавным движением ныряете под вожжи, одновременно поворачивая туловище влево, — и дело сделано. О том, куда и как садиться, можно не думать: фартук одним ударом водворит вас на место, и — поехали!



Уличное движение у Холборн-Виадук. Гюстав Доре, из книги „Паломничество“. 1877



Ранняя разновидность кэба с кучером, сидящим сбоку от пассажиров. Иллюстрация Дж. Крукшенка к „Очеркам Боза“ Чарльза Диккенса. 1836


Выход из кэба, пожалуй, теоретически несколько более сложный маневр, и осуществление его на практике чуточку потрудней. Мы тщательно изучили этот предмет и пришли к выводу, что наилучший способ — просто выброситься вон, положившись на свое счастье. Очень полезно велеть извозчику сойти первым и потом прыгнуть на него — столкновение с ним существенно смягчит удар о землю, и вы не так сильно расшибетесь. Если вы намерены заплатить ровно восемь пенсов, ни в коем случае не заикайтесь об этом и не показывайте деньги, пока не очутитесь на тротуаре. Вообще лучше не скупиться. Ведь вы, собственно говоря, всецело во власти извозчика, и четыре пенса сверх положенного он рассматривает как справедливое вознаграждение за то, что не причинил вам предумышленного увечья. Впрочем, если вам предстоит проехать мало-мальски значительное расстояние, то всякая надобность в каких-либо советах и указаниях отпадает, ибо, по всей вероятности, уж на третьей миле вы легко и свободно вылетите вон.



„Говорят, владельцы кэбов купили несколько лошадей из шоу Буффало-Билла“. Рисунок из журнала „Punch“. 1892


Насколько нам известно, не было случая, чтобы извозчичья лошадь прошла три мили кряду, ни разу не упав. Ну и что ж? Тем веселей. В наше время нервных расстройств и всеобщей душевной усталости люди готовы даже дорого заплатить за любое развлечение; а уж дешевле этого и не найдешь».



Другая ранняя разновидность наемного экипажа — парный двухколесный кэб-трибус на трех пассажиров. Рисунок из газеты «The Illustrated London News». 1845


Еще один вариант кэба, прозванный «коробкой для пилюль» (pill-box cab), имел закрытый корпус, кучера, сидевшего впереди на крыше, и дверь сзади. «Иллюстрированные лондонские новости», излагая в 1844 году краткую историю легкового извоза в британской столице, писали, что эта разновидность кэба, «казалось, была построена ни для чего иного, как ради позволения пассажиру безнаказанно обмануть кучера, выйдя втихаря». Существовали непродолжительное время двухколесные кабриолеты на трех и на четырех пассажиров, называвшиеся, соответственно, «трибас» (tribus) и «квартобас» (quartobus). Наконец, в 1834 году Джозеф Алоизиус Хэнсом, архитектор из Хинкли, графство Лестершир, получил патент на «безопасный кэб», постаравшись совместить в одной конструкции скорость с безопасностью. Чтобы добиться этого, требовалось сделать центр тяжести как можно ниже.



Хэнсомский кэб. Рисунок из газеты «The Illustrated London News». 1890


Оригинальный экипаж Хэнсома выглядел как квадратный ящик со слегка покатой крышей, на которой спереди сидел кучер. Пассажиры могли попасть внутрь через дверцы по обеим сторонам его ног. Колеса диаметром 2,3 м были высотой до крыши экипажа и вращались на коротких валах, которые выступали из кузова. Очень скоро Джозеф Хэнсом продал свои права на патент и ушел из извозного промысла, но «Компания хэнсомских кэбов» осталась.

В 1836 году конкурент «Компании хэнсомских кэбов» Джон Чапмен кардинально модернизировал экипаж. Он уменьшил высоту колес и установил более прочную изогнутую ось, огибавшую кузов снизу, а также перенес сидение кучера назад и устроил в крыше сдвигающееся окошко для переговоров с пассажирами. Вожжи кучера были пропущены через особые скобы в передней части крыши. Конструкция Чапмена была удобнее, чем та, которую предложил Хэнсом, но тоже имела свои недостатки: кэбмен со своего места мог видеть только уши своей лошади, а открытый спереди кузов, имевший только жесткий кожаный фартук для ног, слабо защищал пассажиров от дождя и ветра. Тем не менее, владельцы «Компании хэнсомских кэбов» поспешили купить у Чапмена права на его экипаж, и уже спустя несколько месяцев по улицам Лондона разъезжало полсотни кэбов новой конструкции. Хотя к этим кэбам Джозеф Хэнсом не имел практически никакого отношения, они сохранили за собой название хэнсомских (Hansom cab).



Хэнсомский кэб. Рисунок Сидни Паджета к рассказу «Картонная коробка». Журнал «The Strand Magazine». 1893


Вторая модификация хэнсомского кэба была произведена Фредериком Фордером из Вулвертгемптона в 1873 г. Он отказался от изогнутой оси в пользу более прочной и простой в изготовлении прямой оси, которая теперь проходила непосредственно под пассажирским сиденьем. Для этого задняя часть кузова ниже сидений была просто обрезана. Место кучера было поднято на высоту двух метров над землей. Это не только дало кэбмену лучший обзор, но и позволило идеально сбалансировать экипаж: вес тяжелых оглобель теперь уравновешивался весом кучера; лошадь теперь не так уставала и могла идти быстрее — новый кэб мог при благоприятных условиях развивать скорость до 15 миль в час. Спереди кузов имел высокое изогнутое крыло, позволявшее запрягать лошадь ближе к экипажу. Это крыло шло до высоты лошадиного крестца, чтобы защитить пассажиров от летевшей из-под копыт лошадей грязи. Фордер был первым, кто установил в дверном проеме кузова вместо фартука пару распахивавшихся деревянных дверок-створок, которые могли быть открыты только кучером с козел. Эти дверцы не открывались, пока через окошко в крыше седоки не оплачивали проезд. С точки зрения детектива, который должен вести постоянное наблюдение, этот экипаж был действительно предпочтительней всего. Кроме открытого спереди кузова, он имел также боковые окна, удобно расположенные прямо над колесами. Впрочем, если пассажиру требовалось уединение или шел дождь, спереди мог быть опущен кожаный занавес.

В качестве наемной кареты хэнсомы быстро стали популярными и заменили использовавшиеся до этого наемные экипажи, обычно бывшие изношенными донельзя каретами аристократии, а также вытеснили всех своих двухколесных конкурентов. Небольшой размер позволял хэнсомским кэбам сравнительно легко пробираться через запруженные повозками улицы, что делало их самыми быстрыми при езде по городу. Британский премьер-министр Бенджамин Дизраэли назвал их «гондолами Лондона». Хэнсомские кэбы часто нанимались светскими повесами и жуирами, но они не были особенно популярны среди дам. Было нелегко сесть в такой кэб, не запачкав платья о грязное колесо, и, что более важно, для дамы не было принято путешествовать в кэбе одной — во-первых, он считался слишком «быстрым» для этого, а во-вторых, видимо, из-за наличия только двух мест, сама поездка в одиночестве долгое время считалась для леди порочащей ее репутацию (впрочем, уже в 1882 г. журналист Джордж Сала писал об этом, как о делах давно минувших дней).



Опасности, подстерегающие даму при езде в хэнсоме, или любопытный кэбмен и любовное письмо. Рисунок из журнала «Punch». 1892


Интересно, что в русском путеводителе Николая Лагова, изданном в начале XX в., утверждалось, что хэнсомский кэб «небезопасен для седока, который рискует вывалиться на мостовую при первом неловком шаге лошади. Знаменитый Джой Чемберлен [имеется в виду Джозеф Чемберлен (1836–1914), министр торговли в 1880–86 г. — С. Ч.] едва не поплатился жизнью при одном таком случае с ним в Уайтхолле».

Практически одновременно с хэнсомскими кэбами появились четырехколесные кэбы (four-wheeler). Обязаны они своим происхождением Генри Бруму, 1-му барону Бруму и Боксу, лорд-канцлеру в 1830–34 гг., который разработал конструкцию изысканного уличного экипажа для джентльменов, воплощенную в жизнь в мае 1838 г. каретными мастерами Робинзоном и Куком с Маунт-стрит в Лондоне. Новый экипаж получил имя своего создателя и стал называться брумом (brougham). Брум был первым и величайшим новшеством нового века городских экипажей. Для него требовалась одна лошадь или две небольшие лошадки, и им мог управлять кучер без сопровождения другого слуги или форейтора, не подвергая при этом своего седока социальным насмешкам. Брум был очень популярен среди врачей за свою общую практичность, удобство и внешний вид, поскольку некоторые викторианские пациенты отдавали предпочтение тому или иному доктору более за выбор экипажа, чем за медицинский опыт. Им также предпочитали пользоваться для поездок в театр и оперу. Одним словом, брумы были наиболее любимыми городскими экипажами джентльменов среднего класса в Британии, и к началу XX в. именно они стали составлять основную массу наемных извозчичьих карет в Лондоне.



Брум. Рисунок из газеты «The Illustrated London News». 1890



Брум. Рисунок из журнала «The Idler». 1892


Внутри брума находилось сидение на двух человек, третий пассажир мог при необходимости сидеть снаружи рядом с кучером на козлах. Козлы были устроены спереди, прямо перед вертикальным обрезом корпуса, который имел окна не только сбоку, но и для обзора вперед. Сам корпус кожаными ремнями крепился к обычным эллиптическим рессорам (с 1845 года) между двумя парами равновеликих колес и располагался довольно низко над землей.



Мэлас и Латимер внутри четырехколесного кэба (или кареты). Рисунок Сидни Паджета к рассказу «Случай с переводчиком». Журнал «The Strand Magazine». 1893


Из брума развился еще один тип городского кэба, получивший название кларенс (clarence) в честь принца Уильяма, герцога Кларенса и Сент-Эндрю, позднее ставшего королем Вильгельмом IV. Его первый образец был показан в 1840 г. Он представлял собой увеличенный вариант брума с двумя сиденьями, расположенными друг напротив друга, предназначенный для перевозки четырех пассажиров. За оглушительный грохот, издаваемый обитыми железом колесами при езде по булыжной мостовой или щебенке, они были прозваны «громыхалами» (growler). Такие экипажи обычно нанимали группы более чем из двух человек: компании, отправляющиеся на пикник, матросы или солдаты, приехавшие в отпуск, молодожены из рабочего класса; часто кларенсы использовались для доставки в больницу пациентов, которых можно было везти только в горизонтальном положении. На кларенсе Холмс, Уотсон и мисс Мэри Морстон отправились к Тадеушу Шолто в «Знаке четырех».

К моменту появления в Лондоне Шерлока Холмса в 1878 г. в городе действовало 4142 хэнсомских кэба и 4120 кларенсов и брумов, которыми управляли 10 474 кучеров.

Вызвать кэб было довольно просто, не сложнее, чем теперь нанять такси. Можно было окликнуть проезжающий порожним кэб или подозвать его свистом, разумеется, если тот уже не стоял у обочины в ожидании седоков. Доктор Уотсон, видимо, предпочитал пользоваться модным извозчичьим свистком (cab-whistle), который тогда носили многие лондонцы. Причем их, видимо, не только носили с собой. Уже упоминавшийся путеводитель Лагова сообщал: «Большинство лондонских домов имеют особые свистки». Если вы свистнули в такой свисток один раз, то подъезжал четырехколесный кэб, если два — хэнсом. Можно было взять кэб на одной из извозчичьих бирж (близ Бейкер-стрит, в частности, имелась извозчичья биржа на Дорсет-стрит, и еще одна около станции подземки, работавшая с 11 часов утра до двух часов ночи).



Четырехколесный кэб-брум. Рисунок Сидни Паджета к рассказу «Установление личности». Журнал «The Strand Magazine». 1891


Первые извозчичьи биржи в их классическом для Лондона виде — со стоянкой, питьевыми колодцами для лошадей и домом для отдыха кэбменов — появились в 1875 году. Согласно полицейским правилам, биржа предназначалась исключительно для кэбов, содержатель биржи мог продавать извозчикам чай, кофе, хлеб и масло, но только в доме для кэбменов и согласно утвержденному тарифу. Он также должен был разогревать любую пищу, принесенную ими с собой, за что получал полпенни. Правилами запрещалось сквернословие, а кучера первых двух кэбов не должны были покидать свои экипажи (чтобы они всегда были готовы для найма). За каждый въезд на биржу извозчик платил один пенни, и полпенни всякий раз, когда его нанимали с биржи.

Вне биржи кучера должны были постоянно оставаться поблизости от своих кэбов, чтобы следить за лошадьми, и им ни под каким видом не позволялось отлучаться. Поэтому в Лондоне возникла традиция, по которой при нужде кэбмен мог законно помочиться на колесо кэба во время стоянки.

Расценки на услуги извозчиков были удивительно устойчивы, их не поколебала даже англо-бурская война, и за все время пребывания Холмса в Лондоне они практически не изменились. Кэб мог быть нанят по расстоянию или по времени, причем в последнем случае необходимо было предупредить кэбмена во время найма. Именно так должен был поступить Степлтон, когда следил за Холмсом в Лондоне.

Основой расчетов стоимости поездки являлась четырехмильная тарифная зона вокруг Чаринг-Кросса. Если Холмс нанимал кэб по расстоянию внутри этой зоны, первые две мили стоили ему 1 шилл., а каждая последующая или часть ее по 6 пенсов. А вот если он выезжал за пределы этой зоны, но не более чем на милю, цена сразу же возрастала до 1 шилл. за каждую милю маршрута. При езде более чем на милю от зоны каждая внутренняя миля стоила 6 пенсов, а миля, начиная с пятой — 1 шилл. Наем кэба вне этой зоны всегда стоил 1 шилл. за каждую милю или часть мили. Надо сказать, что наем по расстоянию был единственным случаем, когда можно было усмотреть какие-либо денежные выгоды при посадке в хэнсомский кэб, так как тут не делалось различия между четырех- и двухколесными кэбами. Извозчик не обязан был ехать больше шести миль с одним седоком.

Совсем другая ситуация была при найме экипажа по времени. Внутри четырехмильной зоны наем брума или Кларенса до 1 часа стоил 2 шилл., а хэнсом нанимался уже за 2 шилл. 6 пенсов. За каждую дополнительную четверть часа в бруме брали 6 пенсов, в хэнсоме — 8. Стоянка кэба при повременной оплате также была дороже для двухколесных кэбов: за каждые полные 15 минут простоя, неважно, стоял экипаж на одном месте или останавливался несколько раз, при найме внутри зоны в хэнсомах платилось 8 пенсов, а в четырехколесных кэбах только 6. Действовало также и правило четырехмильной зоны: при найме вне ее стоимость часа составляла 2 шилл. 6 пенсов, а за каждую дополнительную четверть часа или менее ее — 8 пенсов. При этом извозчик не обязан был ехать больше часа, и с 8 вечера до 6 утра на законном основании мог отказать седоку.

За каждое место снаружи экипажа уплачивалось 2 пенса, за каждого седока свыше двух — 6 пенсов, за каждого ребенка до 10 лет — 3 пенса.



Полицейский констебль и кэбмен. Рисунок из журнала «Punch». 1900


Английские путеводители по Лондону того времени (например, Словарь Лондона на 1888 год, выпущенный сыном Чарльза Диккенса) во избежание недоразумений при пересечении магического четырехмильного круга рекомендовали договариваться о размерах оплаты заранее (согласие заплатить больше законной таксы не рассматривалось как подлежащее обязательному выполнению, и сумма, уплаченная сверх таксы, могла быть потребована обратно). Если же извозчик, первоначально согласившись взять сумму меньше установленной таксы, при расплате требовал больше оговоренного, на него налагался штраф в 40 шиллингов (2 фунта). Некоторые, нанимая кэб, требовали у кэбмена персональную карточку, которую тот обязан был иметь согласно постановлениям комиссара полиции, после чего предлагали кучеру назвать свою цену, и тот, из опасения штрафа, ее не завышал. Если же договориться с кучером о плате заранее не удавалось, то рекомендовалось при пересечении границы четырехмильной зоны пересесть в другой кэб, либо расплатиться с кэбменом и нанять его снова.

В 1891 г. Вильгельмом Браном для упрощения расчетов были внедрены часовые механические счетчики-таксометры, и с этого времени кэбы получили название «такси-кэб».

Таблица с указанием таксы на проезд должна была быть вывешена в каждом кэбе как внутри, так и снаружи, и кучер обязан был иметь при себе для предъявления утвержденную книгу тарифов. В случае какого-либо спора между нанимателем и извозчиком наниматель мог потребовать отвезти его в ближайший столичный полицейский суд или в камеру мирового судьи, если жалоба могла быть разобрана заседающим магистратом без вызова свидетелей. А если полицейский суд или камера мирового судьи в это время были закрыты, то в ближайший полицейский участок, где жалоба записывалась и подлежала рассмотрению магистрата в ближайшее время.

Шерлок Холмс использовал кэбменов не только как извозчиков. Они могли оказать содействие в поисках подходящей гостиницы, послужить гидом по старинному студенческому городку и помочь сесть на нужный поезд.

Кроме собственно извозчиков в Лондоне можно было нанять карету или какой-нибудь другой вид экипажа — ландо, викторию или тот же брум — с кучером или без него на длительный срок. Например, фирма «Coupe et Dunlop Brougham Со.», располагавшаяся на Риджент-стрит, 14, предлагала конный экипаж по 7,5 шилл. за первые 2 ч и по 3,5 шилл. за каждый следующий; чтобы нанять карету для поездки в театр и обратно, надо было заплатить 9,5 шилл. Подобные услуги стали особенно популярны, когда был разрешен въезд не только собственных, но и наемных экипажей в публичные парки, и представители среднего класса, не имевшие возможности или необходимости держать собственный выезд, стали появляться на светских променадах в Гайд-парке и других местах. Но Холмс с Уотсоном едва ли прибегали к такому времяпрепровождению даже в лучшие годы жизни.

Со временем к описанным уже средствам транспорта прибавился автомобиль. Он стал выступать и в роли такси, и как частный экипаж. Мы знаем, что перед Первой мировой войной доктор Уотсон обзавелся своим автомобилем. Начало новому поколению средств передвижения было положено еще в 1897 г., когда на улицах Лондона появился первый безлошадный кэб, электрический экипаж Берси. В 1903 г. появился первый кэб с двигателем внутреннего сгорания, и только в 1947 г. была выдана последняя лицензия на гужевое такси.






 

Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх