Приложение 6. Подводная лодка, выигравшая войну

Я согласен с теми, кто может упрекнуть меня за слишком громкий заголовок, однако в каждой истине есть доля шутки, не так ли? Речь пойдет, разумеется, о единственном в истории примере использования атомной подводной лодки в ходе боевых действий. Май 1982 года, Южная Атлантика.

С этими событиями связано много легенд и сплетен, и разобраться точно, что происходило в районе Фолклендских островов, крайне сложно. Пока не будут опубликованы все документы, связанные с Фолклендской войной, это вообще невозможно. И если министерство обороны Великобритании до сих не спешит рассекречивать бумаги периода Второй Мировой войны, то вряд ли при жизни нынешнего поколения будут открыты архивы последней войны Британской империи.

Прежде всего хочется сказать, что не следует верить советским газетам того времени, да и последующим статейкам «Морского сборника» и «Зарубежного военного обозрения». Все они — пример той самой советской пропагандистской историографии, о которой мы говорили в предисловии. Грязные происки британских империалистов, тяжкое наследие колониальных времен… Затертых штампов можно набрать огромное множество, но вот беда, они ни в малейшей степени не соответствуют тому, что происходило на самом деле.

Все мы в институте сдавали пресловутые «тысячи» по газете английских коммунистов «Монинг Стар». Так вот, эта самая газета неоднократно называла клику генерала Гальтиери фашистской хунтой. Не черными полковниками или военной хунтой, именно фашистами. Внезапно вспыхнувшая пламенная любовь ЦК КПСС к режиму, широко использующему пресловутые «эскадроны смерти «, выглядит естественной: Гитлер и Ленин — близнецы-братья. Неожиданным стало лишь публичное признание в этой любви, и странно выглядели попытки на международной арене в очередной раз поддержать фашистскую агрессию, осужденную ООН. Ведь для англичан это была такая же справедливая война, как та, что началась в сентябре 1939 года. А для генерала Гальтиери это была попытка решить внутренние проблемы за счет «небольшой победоносной войны». Ничто не ново под луной.

Однако Гальтиери недооценил решимость и силу воли англичан. Была проведена экстренная мобилизация Королевского Флота, и 29 апреля британское соединение прибыло в район Фолклендских островов. Кроме авианосцев «Инвинзибл» и «Гермес» с кораблями сопровождения, в Южную Атлантику были направлены атомные подводные лодки «Конкерор», «Спартан» и «Сьюперб». Наши газеты, стараясь убедить читателей в кровожадности британских империалистов, вопили, что туда же был переброшен стратегический ракетоносец «Резолюшн», и что адмирал Вудвард получил право использовать ракеты «Поларис» с ядерными боеголовками в случае потопления аргентинцами одного из авианосцев либо лайнера «Куин Элизабет II». Правда, в качестве целей были названы аргентинские военно-морские базы, а не Буэнос-Айрес.

Утром 1 мая аргентинская подводная лодка «Сан-Луис» капитан-лейтенанта Аскуэты атаковала неопознанный корабль, но торпеды прошли мимо. Аскуэта слышал какой-то взрыв, но есть все основания усомниться в достоверности этого заявления. Аргентинские газеты сообщили, что он стрелял по авианосцу «Инвинзибл», но более вероятно, что целью Аскуэты оказался фрегат «Бродсуорд». Интересно, что англичане этой атаки не заметили. Фрегаты «Бриллиант» и «Плимут» с помощью вертолетов прочесывали этот район, однако ничего не обнаружили.

Но к утру 2 мая обстановка накалилась до предела. Адмирал Вудвард знал, что аргентинский флот вышел в море, чтобы атаковать британскую эскадру. Интересно отметить, что англичане отказались от привычной им системы обозначений. В Южную Атлантику отправилось не легендарное Соединение Н, а американизированные Оперативные Соединения 317 (надводные корабли) и 324 (подводные лодки). То же самое сделали аргентинцы, развернувшие ОС 79 в составе 2 групп: авианосец «25 Мая» в сопровождении ракетных эсминцев английской постройки; крейсер «Генерал Бельграно» и 2 старых эсминца типа «Аллен Самнер», в 1978 году перевооруженные ракетами «Эксозет». Вечером 1 мая севернее Фолклендов английские «Харриеры» обнаружили аргентинский авианосец, и Вудвард мог в любую минуту ожидать удара авианосных штурмовиков. С юга подходил «Бельграно». Кроме того, где-то поблизости находились 3 корвета французской постройки, тоже вооруженные «Эксозетами». Английское соединение оказалось в клещах, и единственным решением было сломать хотя бы одну лапу этих клещей.

Подводная лодка «Конкерор» следила за ОГ 79.3 — «Бельграно» и его сопровождением. Лодка еще в пятницу вечером совершенно случайно обнаружила аргентинский танкер и оставалась рядом с ним, пока к нему не подошел для дозаправки «Бельграно». Но «Спартан» и «Сьюперб» пока не обнаружили авианосец. Проблему создавало то, что аргентинские корабли находились вне 200-мильной запретной зоны вокруг островов. В то же время еще 23 апреля британское правительство заявило, что любой аргентинский корабль, представляющий явную угрозу британскому соединению, «встретит соответствующий отпор». 29 апреля было заявлено, что любой аргентинский корабль, который попытается приблизиться к ОС 317, будет уничтожен. К тому же, подводная лодка «Сан-Луис» первой атаковала британские корабли. Поэтому все рассуждения о том, могли или не могли англичане атаковать «Бельграно», носят схоластический характер. Не только могли, но и были обязаны!

И все-таки адмирал Вудвард запросил у Лондона формальное разрешение на атаку. Однако это было утро воскресенья, и собрать правительство было нереально. В результате Вудвард взял ответственность на себя и 2 мая в 6.00 через спутник отправил «Конкерору» приказ: «От командира ОГ 317.8 «Конкерору». Экстренно. Атаковать группу «Бельграно». Так как приказ был отправлен через спутник, через 20 минут он был на столе адмирала сэра Питера Герберта, командующего британским подводным флотом. Он немедленно доложил командующему флотом адмиралу сэру Джону Фиддхаузу. Однако тот мудро предпочел умыть руки. По мнению командования, причин столь грубого нарушения субординации могло быть две: либо адмирал Вудвард спятил, либо стряслось что-то чрезвычайное. Самое интересное, что командир «Конкерора» капитан 2 ранга Рефорд-Браун этого приказа не получил.

Позднее стало известно, что в 8.10 «Белырано» повернул на запад, прекратив сближение с ОС 317. Однако аргентинские корабли продолжали находиться вблизи банки Бердвуд — обширного мелководного района к югу от Фолклендских островов. Если они повернут туда, то станут недосягаемы для «Конкерора». В 13.30 на подводной лодке была получена радиограмма из штаба Королевского Флота, в которой давалось разрешение на атаку аргентинских кораблей вне запретной зоны.

К этому времени ситуация кардинально изменилась, но Рефорд-Браун не подозревал об этом. «Конкерор» следовал в 7 милях за кормой аргентинского крейсера. Один эсминец шел в полумиле на правом крамболе крейсера, другой — в миле по правому траверзу. Если это был строй ПЛО, то выглядел он более чем странно, так как эсминцы прикрывали крейсер со стороны банки Бердвуд, где никаких подводных лодок быть не могло. Рефорд-Браун сухо заметил, что такое прикрытие было «чисто символическим, особенно потому, что эсминцы были совершенно устаревшими, а их экипажи продемонстрировали полное отсутствие подготовки». Аргентинцы даже не потрудились включить гидролокаторы. Скорость соединения не превышала 13 узлов, а противолодочный зигзаг был настолько вялым, что больше мешал самим аргентинцам. Они даже не попытались укрыться на мелководье.

Командир «Адмирала Бельграно» капитан 1 ранга Эктор Бонзо сделал все от него зависящее, чтобы погубить свой корабль. «Конкерор» несколько раз всплывал под перископ, чтобы проверить свою позицию, но противник его не видел. В 18.30 Рефорд-Браун принял решение атаковать. Лодка находилась в 2 милях от крейсера. Рефорд-Браун погрузился и приказал дать полный ход, чтобы обойти аргентинское соединение по левому борту и занять идеальную позицию для торпедной атаки — чуть впереди траверза крейсера.

Сейчас Рефорд-Браун должен был выбрать между сверхсовременными управляемыми торпедами Mk.24 «Тайгерфиш» и добрыми старыми Mk.8** — торпедами времен Второй Мировой войны. Рефорд-Браун выбрал вторые, так как они имели заряд большего веса (750 фунтов против 331 фунта у Mk.24), и никаких проблем во время атаки он встретить не ожидал. Тонкие рассуждения насчет того, что «Тайгерфиш» не мог пробить 152-мм броневой пояс «Бельграно», отнесем на счет некомпетентности людей, писавших об этом. Первым и главным правилом действий командира подводной лодки является: ставить глубину хода торпеды так, чтобы она попадала под броневой пояс.

В 18.57 лодка снова подвсплыла на перископную глубину, чтобы ввести данные в автомат торпедной стрельбы. Ничего не подозревающие аргентинцы приближались. Дистанция составила всего 1380 ярдов, и Рефорд-Браун даже испугался, что она слишком мала, и торпеды не успеют встать на боевой взвод после пуска. Но времени колебаться не было, и когда «Конкерор» оказался точно на траверзе у «Генерала Бельграно», командир приказал: «Залп!».

Через 55 секунд после пуска первая торпеда попала в носовую часть крейсера между якорными клюзами и носовой башней. Вся носовая часть корабля была оторвана. Через перископ Рефорд-Браун увидел яркую вспышку, взметнувшуюся к самым облакам. Через несколько секунд прогремел второй взрыв. Эта торпеда попала в «Бельграно» в районе кормовой надстройки под КДП зенитной артиллерии. Шум винтов третьей торпеды затих вдали, хотя спустя некоторое время послышался металлический лязг, словно торпеда попала во что-то, но не взорвалась. Существует предположение, что она ударилась в борт эсминца «Ипполито Бушар», так как позднее там была обнаружена какая-то вмятина.

После взрывов экипаж «Конкерора» разразился радостными воплями. Это было нарушением дисциплины, но опасаться ответных действий аргентинцев не приходилось. Честно говоря, учебные стрельбы на полигоне были сложнее этой атаки. Рефорд-Браун потом сказал: «Королевский Флот потратил 13 лет, чтобы подготовить меня именно к такой ситуации. Было бы крайне печально, если бы я с ней не справился». Действия командира были высоко оценены — он получил Орден за выдающиеся заслуги.

Все аргентинцы утверждают, что по кораблю словно прокатился огненный шар. Это свидетельствует лишь об одном — крейсер был совершенно не подготовлен к боевым действиям. Все двери и люки, похоже, были открыты нараспашку. Взрывная волна пошла наверх и разрушила кают-компании младших офицеров и старшин. В это время там находилось много людей, и 234 человека погибли сразу. Вода начала заливать кормовое машинное отделение, вышли из строя вспомогательные генераторы. Погасло освещение. Запустить помпы не удалось, и вскоре поступление воды приняло неконтролируемый характер. Через 20 минут после попаданий торпед капитан 1 ранга Бонзо приказал покинуть корабль. Из 1093 человек, находившихся на борту, погиб 321. Вскоре «Бельграно» повалился на левый борт, перевернулся и затонул. Последний из ветеранов Пирл-Харбора не сумел обмануть судьбу еще раз. Аргентинские моряки пели националъный гимн, но имело ли это какой-то смысл в данный момент?

Рефорд-Браун не мог отделаться от впечатления, что все это происходит во время учений в Фаслейне, и ему пришлось подавить желание попросить вестового принести чашку чая. Это война. Нужно было уклоняться от контратаки кораблей сопровождения. «Конкерор» развернулся на юго-восток и пошел в глубину. Однако делать это было не обязательно. Аргентинские эсминцы не попытались ни атаковать лодку, ни спасать экипаж крейсера. Они просто удрали. Но благоразумие — основа отваги, и Рефорд-Браун предпочел сохранить в целости лодку, не пытаясь полностью уничтожить все аргентинское соединение, хотя это было вполне возможно. Несколько лет спустя, он даже сказал: «Я не думаю, что миссис Тэтчер поблагодарила бы меня, если бы я перезарядил аппараты и уничтожил два остальных корабля». Все-таки затянувшийся мир дурно повлиял даже на профессиональных военных, хотя адмирал Вудвард и заметил, что он давал разрешение атаковать только «Генерала Бельграно».

На следующий день «Конкерор» вернулся на место атаки, и Рефорд-Браун увидел 2 эсминца, занимавшихся спасением людей. То, что он не атаковал их в этом случае, вполне понятно и оправданно.

В заключение отметим несколько неясных моментов. Иногда говорят, что «Генерал Бельграно», он же CL-46 «Феникс», в третий раз потерял носовую часть. Ничего не могу сказать о столкновении с аргентинским крейсером «9 Июля» (бывший «Бойз»), но в годы Второй Мировой войны он был поврежден лишь один раз, когда в 1944 году японская бомба разорвалась рядом с кормой.

Как могли аргентинские эсминцы, шедшие всего в миле от «Бельграно», «потерять крейсер из вида»? Да еще после этого «не найти» его? Здесь вывод совершенно однозначный — командиры «Ипполито Бушара» и «Педро Буэна» просто струсили и удрали, бросив тонущий крейсер и даже не попытавшись контратаковать английскую подводную лодку.

Почему «Бельграно» затонул от попадания всего одной торпеды? Надломленный в районе клюзов нос — повреждение скорее эффектное, чем эффективное. И британские торпеды Mk.8** никак нельзя сравнивать со знаменитыми японскими «лонг лэнсами». Скорее всего, следует говорить об абсолютной неподготовленности аргентинцев и запущенном состоянии корабля.

После этой атаки командующий аргентинским флотом адмирал Аная приказал всем своим кораблям спешно отойти, отменив операцию по перехвату британского соединения. Эсминцы, сопровождавшие крейсер, отправились в Порто-Белырано (вот ирония судьбы!), а «25 Мая» — в Ла-Плату. Адмирал Вудвард узнал об успешной атаке «Конкерора» лишь в 22.45, получив сообщение с командного пункта флота в Нортвуде. В тот момент он еще не подозревал, что уже выиграл войну. После этой атаки аргентинский флот уже не отважился выйти в море второй раз. Учитывая потери, которые понесли англичане от атак аргентинской авиации, участие флота могло переломить ход битвы. Но этого не произошло. Так одна атака одной подводной лодки выиграла целую войну.







 


Главная | В избранное | Наш E-MAIL | Добавить материал | Нашёл ошибку | Другие сайты | Наверх